Дело о похищенных существах

      Некоторое время они стояли на тротуаре, глядя на возвышающееся над ними сверкающее здание. Люди, входившие и выходившие из этой громадины, одаривали парочку, похожую на городских сумасшедших, презрительными и высокомерными взглядами и старательно обходили их стороной. Да, они были в нужном месте. — Самый дорогой отель в городе, — невозмутимо бросил Гарри. — Ты уверена, что он здесь?       Гермиона кивнула. Они опросили нескольких прохожих возле своего недорого отеля, и общее мнение сводилось к тому, что самым роскошным местом, где можно провести ночь, являлось огромное блестящее здание, на которое Гермиона и Гарри сейчас смотрели.       Из-за измятой одежды Гермиона чувствовала себя не в своей тарелке, но всё же переступила порог вестибюля и решительно подошла к стойке регистрации. Она поймала на себе пару косых взглядов, но возражать против её присутствия никто не стал. Впрочем, стоя у входа в отель, она уже успела немного привыкнуть. — Чем могу помочь? — поинтересовалась девушка-подросток за стойкой регистрации.       Она также не стала открыто комментировать внешний вид Гермионы, но скривившееся лицо выдавало её неприязнь. Пусть Гермионе и пришлось использовать переводческие чары, чтобы понять, что именно сказала ей девушка, её неодобрительный тон считывался и без помощи магии. — Я ищу моего друга, который остановился здесь. Малфоя, — ответила Гермиона.       Девушка сморщила нос. — Разглашать имена наших гостей противоречит политике нашей компании. — Гермиона, думаю, нам стоит уйти.       Гарри выглядел чрезвычайно сконфуженным под неодобрительными взглядами всех присутствующих. А Гермиона-то думала, что он обзавёлся чувством собственного достоинства ещё на пятом курсе. Через мгновение она поняла, что на самом деле происходило в его голове: он думал, что она ошибается. Гарри полагал, что она всё ещё немного бредит и выставляет себя посмешищем. — Гермиона? — вдруг переспросила девушка, неожиданно став намного любезнее. — Гермиона Грейнджер?       Окончательно сбитая с толку, Гермиона кивнула.       Девушка немного повозилась за стойкой, а затем протянула ей блестящую пластиковую карточку. — Просто поднимитесь на лифте на самый верх. Номер занимает весь этаж, так что пропустить его невозможно. Проведите картой, и двери откроются. — Что происходит? — спросил Гарри, последовав за Гермионой к лифту. — Мы совершенно точно нашли Малфоя, — сухо ответила Гермиона. Она нажала на кнопку верхнего этажа, а затем провела карточкой, чтобы открыть двери. Самодовольство от чувства собственной правоты исходило от Гермионы в весьма малфоевской манере. Это должно было отучить Гарри сомневаться в ней; она хорошо знала своего напарника. — Мои глаза! — застонал Гарри, как только двери лифта открылись.       Он принялся судорожно нажимать на кнопку закрытия дверей, но Гермиона схватила его за руку и втащила в основное помещение, которое, по её мнению, было неоправданно большим для гостиничного номера. — Он не голый, Гарри, — раздражённо огрызнулась Гермиона.       Она надеялась, что до Гарри не дошло, что она успела оценить степень наготы Малфоя, потому что засмотрелась на него — возможно, чуть дольше положенного. Он лежал лицом вниз на массажном столе, прикрытый полотенцем. Женщина, одетая в фирменные цвета отеля, разминала его плечи.       Гермиона не сводила глаз с его белокурой макушки. — Грейнджер, присутствие Поттера портит мне отдых, — проговорил Малфой приглушённо — он даже не потрудился поднять голову. — Мало того, что ты упала на меня и напрочь отшибла мне спину, а затем вынудила тащить тебя на себе, так теперь ты ещё приволокла сюда Поттера, чтобы помешать моему выздоровлению?       Гермиона подошла к столу, чтобы получше осмотреть его спину — в медицинских целях, разумеется. Она, конечно, совершенно не обратила внимания на гладкость его кожи и движения мышц. У него был довольно большой синяк. Впрочем, было похоже, что массажистка с этим справлялась.       Голова её вдруг закружилась, и, пытаясь устоять на ногах, она ухватилась за край массажного стола. Очевидно, одного кусочка тоста было мало, чтобы убрать головокружение. Драко ухватил её за запястье, а Гарри бросился к ней, чтобы поддержать. — Ты в порядке? — спросил Гарри.       Она кивнула. — Думаю, мне просто нужно присесть. — Дальше по коридору и налево — твоя комната, — сказал Малфой, не поднимая головы, и неопределенно махнул рукой.       Гермиона не знала, как он умудрился удержать её за запястье, лежа лицом вниз на массажном столе.       Гарри помог Гермионе пройти в комнату, на которую указал Малфой, после чего вернулся к блондину. — Она всю ночь кричала, как резаная, а ты даже не поинтересовался, всё ли с ней в порядке?       Малфой наконец поднял голову, насмешливо приподняв бровь. — Я снял для неё отдельную комнату, чего ещё ты от меня ожидаешь? — Когда она бредила, то звала именно тебя. Кто бы подумал, что ты её просто бросишь. — Гарри с удовлетворением заметил, что вид у Малфоя был такой, словно его пнули в живот — и не один раз. На губах Гарри заиграла победная ухмылка — он ещё не закончил. В следующий раз Малфой подумает дважды, прежде чем бросить Гермиону. — И знаешь, что она сделала первым делом, как очнулась? Она отправилась искать тебя, потому что боялась, что поранила тебя, когда упала.       Убедившись, что Малфой увидел отразившееся на его лице отвращение, он развернулся и зашагал прочь. Пусть этот ублюдок поразмыслит над тем, какой он ужасный человек. Малфой заслужил это после того, как оставил Гермиону в уязвимом состоянии. Гарри был уже почти у лифта, когда Малфой снова заговорил. — Раз я такой говнюк, какого чёрта ты оставляешь её со мной? — Потому что, несмотря на это, ты убедился, что о ней позаботятся, и лишь потом ушёл.

* * *

— Чёртов Поттер, — выругался про себя Драко, когда лифт с лязгом закрылся.       То, что гриффиндорцы готовы были сидеть у постели и выхаживать каждого спасённого, не означало, что Драко должен был поступать так же. Он сбежал прежде, чем огромные глаза и беззащитность Грейнджер пробудили в нём эти раздражающие защитные инстинкты. Он должен был наслаждаться её лежачим положением, а не выхаживать и держать за ручку, пока она поправляется.       Он нахмурился. Ладно, она была его напарницей, и он никогда не наслаждался её болью и страданиями, даже когда они учились в школе, хоть он и утверждал это. Он не был в восторге, когда она корчилась на полу и истошно кричала, пока его полоумная тётка резала её кожу с восторгом ребёнка, получившего новую игрушку. Собственно, это воспоминание отчасти и побудило его согласиться на партнёрство с Грейнджер. Он чувствовал себя в долгу из-за того, что не остановил свою тётю, а что может быть лучше, чем не дать надоедливой гриффиндорке убиться на работе?       Махнув массажистке рукой, он слез со стола и направился в свою комнату за одеждой. Драко настолько позабавила реакция Поттера, что он не стал поправлять придурка, несмотря на то, что под полотенцем он был в нижнем белье. Массажистка и так выглядела напуганной, когда он раздевался, и он не хотел пугать её ещё больше и лишиться полноценного массажа. Он не собирался говорить об этом и Грейнджер — она бы просто обвинила его в том, что он в очередной раз слишком угрожающе нависает над людьми, чего он не делал. Просто массажистка была невысокого роста, и любой возвышался бы над такой миниатюрной женщиной.       Полностью одевшись, Драко проскользнул в комнату Грейнджер и несколько мгновений просто смотрел на неё. Словно кошка, она свернулась в клубок, лежа на нетравмированном боку. Трудно было представить, чтобы ей было удобно так лежать.       Драко не понимал, чего именно хотел добиться, пробираясь в комнату Грейнджер и наблюдая за тем, как она спит, словно какой-то... извращенец. Он заколебался на полпути к её кровати. Что он собирался сделать? Разбудить и извиниться за то, что оставил её?       Сердясь на самого себя, Драко застыл на месте. Лишь немногие люди могли вызвать в нём такую нерешительность, и он ненавидел Грейнджер за то, что она была именно таким человеком.       С тихим рыком он развернулся и стремительно вышел из комнаты, едва сдержавшись, чтобы не хлопнуть дверью, потому что знал: потревоженная шумом, она бы точно начала задавать свои невыносимые вопросы. А совсем не потому, что хотел, чтобы она как следует отдохнула и восстановилась, и проявлял ненужную нежность.

***

      Гермиона выпрямилась, вытянула руки над головой и поморщилась — её раненый бок дал о себе знать. Рана, возможно, и зажила, но боль наверняка останется ещё на несколько дней. Её кровать была невероятно удобной, и Гермиона обнаружила, что ей гораздо больше нравится просыпаться в комфортной роскоши, чем в ванне, наполненной ледяной водой. Это была одна из её маленьких слабостей.       Она закатила глаза, вспомнив беспечность Рона. Она могла пошевелиться во сне и соскользнуть под воду. Она бы утонула прежде, чем он услышал её и пересёк ванную комнату, спеша на помощь. Особенно если бы он по пути к ней упал с унитаза.       Поднявшись с кровати, Гермиона напомнила себе, что Рон не нарочно заснул и что приступ бреда, вызванного ядом, прошёл без серьёзных последствий. Её друзья сделали всё возможное, чтобы с ней не произошло ничего плохого, и она выжила.       Она нахмурилась, увидев, что её бездонная сумка лежит рядом с кроватью. У Гермионы сложилось впечатление, что она оставила её в другом отеле — у Гарри и Рона. Малфой, должно быть, послал кого-то за ней, когда она уснула. Его трогательная забота вызвала лёгкую улыбку на её губах.       Найдя немного чистой одежды, Гермиона приняла душ в своей ванной комнате, прежде чем схватить книгу и отправиться на поиски Драко и еды.       Ей не пришлось далеко идти; он сидел в центральной части номера и ел завтрак с тележки для обслуживания номеров, которая была припаркована у стола. Её желудок громко заурчал от одной только мысли о еде. Кусочка тоста после болезни было недостаточно, чтобы утолить голод. Ей нужно было что-то гораздо более существенное. — Я заказал тебе что-то отвратительное, — сказал он, не отрываясь от своих блинов.       Гермиона заглянула в тарелку, оставшуюся на тележке, и закатила глаза. Это были бекон и яйца. — В беконе нет ничего отвратительного, Драко.       Его нос сморщился от отвращения, и он наконец оторвался от еды, чтобы Гермиона могла лучше разглядеть его реакцию. — Мясо не должно быть хрустящим, — чётко произнёс он и вернулся к своей еде. — Я извиняюсь за то, что оскорбляю твои нежные чувства.       И чтобы ещё больше оскорбить его чувства, Гермиона с удовольствием откусила хрустящий кусок бекона. Она увидела, как дрожь отвращения пробежала по Малфою, несмотря на его попытки подавить непроизвольную реакцию. — Для того, кто любит проводить время, обезглавливая людей, ты на удивление придирчив к еде.       Малфой проигнорировал её и отодвинул тарелку в сторону, пока она с удовольствием продолжала хрустеть беконом. Гермионе было всё равно, что сказал Малфой, она не собиралась отказываться от бекона только потому, что её напарник оказался таким слабаком, что не мог справиться с небольшим количеством хрустящего мяса. Кроме того, ей нужны были белок и железо после потери большого количества крови. — Если тебе интересно, — сказала Гермиона, доев первый кусок, — он вкуснее, если его обмакнуть в кетчуп.       Малфой слегка позеленел. — Кетчуп — для крестьян.       Он встал и вышел из комнаты, не в силах даже слушать, как Гермиона ест еду, вид которой так его оскорбил. За его спиной раздался её смех.

***

      Гермиона читала книгу о различных магических существах, проживающих на территории Египта. Скорее всего, те, кто охотился за сфинксом, уже давно ушли, но они с Драко всё равно собирались вернуться в пустыню, чтобы поискать хоть какие-то зацепки. На этот раз, если вновь появится что-то вроде стада мантикор, их будут сопровождать Гарри и Рон. — Где Малфой? — Гермиона услышала звук открывающегося лифта, а затем на пороге номера возникли Рон и Гарри.       Гарри, очевидно, уже рассказал рыжему о случае с массажем, так как никто из них не хотел заходить, пока не убедится, что поблизости нет Драко.       Гермиона закрыла книгу, а они уселись к ней на диван. — Ему не понравился мой завтрак.       Гарри и Рон выглядели немного сбитыми с толку, но Гермиона была не настолько глупа, чтобы рассказать им о личных особенностях напарника. Она знала своих друзей, и они рисковали получить сердечный приступ, если бы увидели, как Малфоя корёжит от того, что вокруг него постоянно бродят и едят бекон. Чёрт, она бы не удивилась, если Рон уже хранит в одном из карманов пакет с беконом на случай, если он когда-нибудь проголодается. — Тебе лучше? — спросил Гарри.       Уверив их, что с ней всё в порядке, Гермиона отправилась на поиски своего напарника. В номере было не так много мест, где он мог спрятаться.       Она нашла его на балконе развалившимся в тени под зонтиком. Гермиона фыркнула — он избегал солнца настолько, насколько это возможно. С такой бледной кожей Малфой на самом деле не загорал, а обгорал. Удивительно, что он вообще был снаружи, учитывая возможность обгореть, даже находясь под зонтиком. — Что ты здесь делаешь? — спросила Гермиона.       Малфой наклонил голову, чтобы посмотреть на неё поверх своих солнцезащитных очков. — Отель кишит гриффиндорцами, это отвратительно. Мне нужно было сбежать, прежде чем я начну спасать людей или что-то в этом роде.       Гермиона закатила глаза. — Ты работал со мной много лет и до сих пор не перешёл на сторону Гриффиндора. Я уверена, что с тобой всё будет в порядке. Гарри и Рон ждут. — Ты не очень-то справляешься с тем, чтобы заставить меня захотеть пойти с тобой, — проворчал он.       Гермиона уже открыла дверь и шла обратно к своим двум друзьям. — Ты можешь пнуть щенка по дороге в пустыню, если это заставит тебя почувствовать себя истинным слизеринцем. Ну же, пошли. Я хочу… — ...посмотреть на пару магических существ, пока мы здесь, — прервал Драко. — Ты купила новую книгу и просто умираешь от желания проверить некоторые теории.       Гермиона сердито посмотрела на него. — Я так не говорю. — Вообще-то, Гермиона, — сказал Рон, — не хотелось бы соглашаться с хорьком, но это правда. — Именно так, просто нужно говорить более тонким голосом, — добавил Гарри.       Гермиона зло посмотрела на всех. С каких это пор они устроили заговор против неё? С одной стороны, её раздражало, что они объединились против неё, но с другой стороны, она была рада, что её друзья и напарник наконец нашли общий язык. — Нам пора, — сказал Гарри. — Я нашёл туристическую группу для волшебников, которая отправляется в пустыню. Они гарантируют встречу с сфинксом. Я думаю, это более разумно, чем то, что сделали вы — убежали в пустыню и чуть не погибли.       Гермиона разозлилась окончательно, услышав намёк на то, что они некомпетентны в работе. Однако вслух своё недовольство выразил Малфой. — Хотел бы я посмотреть, как вы, два идиота, справитесь с ордой мантикор. Держу пари, что вы будете держаться друг за друга и плакать, как девчонки-подростки, кем вы по сути и являетесь.       На этот раз Гермиона не захотела защищать своих друзей от острого языка блондина. Они заслуживали насмешек за то, что прикалывались над ней вместе с Малфоем. Что-то они не смеялись, когда она кричала от боли в ванной, и быстро забыли об этом при первой возможности, предпочитая поиздеваться над ней.       Гарри и Рон начали оскорблять Малфоя и спорить с ним, но их слова не попали в цель. Гермиона внимательно следила за напарником, опасаясь, что он нападёт, и была единственной, кто заметил, как он потянулся за своей палочкой. Конечно, это подстегнуло её потянуться за своей, так как палочка могла понадобиться для пресечения дуэли, если таковая начнётся. Драко, который взял за привычку следить за своей напарницей, опасаясь, что она может проклясть его за болтливость, лишь покачал головой. Он не собирался причинять вред её драгоценным и невероятно раздражающим друзьям. Развернувшись на месте, Драко аппарировал прочь.       Гарри и Рону потребовалась секунда, чтобы заметить, что объект их оскорблений исчез. — Куда он делся? — требовательно спросил Рон, уставившись на Гермиону так, словно она спрятала блондина.       Драко сам ответил на вопрос, уверенно выйдя из своей комнаты, но уже с мечом на бедре. Ужасные видения, как Драко пытается обезглавить Гарри, пронеслись в голове Гермионы, но она тут же отбросила их. Если Драко собирался убить Гарри, то он сделал бы это уже давно и наименее заметным способом. Почему-то эта мысль успокоила лишь слегка.       Увидев, как Гермиона искоса смотрит на него, Драко похлопал по рукояти. — Тебе тоже может понадобиться твой меч, Грейнджер. Я не рискую снова идти против мантикор совершенно безоружным. — Как ты объяснишь это маглам? — поинтересовался Гарри. — Ты же понимаешь, что мы собираемся идти на экскурсию пешком. По магловским улицам.       Драко посмотрел на Гарри так, словно тому не хватало несколько извилин в мозге. — Я волшебник, Поттер. Я смогу что-нибудь придумать.