Дело о похищенных существах

      Драко нахмурился, увидев клубящийся в воздухе пар, и грубо откинул мокрую чёлку с глаз рукой, в которой держал светящуюся палочку. — Ты не могла предупредить, что нам придётся тащиться через самую настоящую преисподнюю, когда разбудила меня утром?       Они тяжело шагали по водам горячих источников в поиске гигантских огнедышащих саламандр. Кончики их палочек светились, немного рассеивая кромешную тьму, и каждый из них держал в руке по огромной сети для поимки саламандр.       Удары мелких горячих волн об их бёдра были бы почти приятными, если бы не стены пещеры, воздух которых из-за скопившегося пара был настолько влажным и горячим, что им едва можно было дышать. Густой зеленый мох, казалось, был единственным, что действительно процветало в этой недружелюбной среде; он покрывал стены скользким, влажным одеялом, к которому было неприятно прикасаться. Казалось, что никакой другой жизни здесь не было, но Гермиона настаивала на том, что в пещере живут магические существа. — Потому что ты начал бы жаловаться на жизнь ещё до того, как мы сюда добрались, а я не могу слушать твоё нытьё весь день, — сказала Гермиона, не отрываясь от изучения мутной воды, плещущейся у её ног. — Кроме того, ты бы знал, если бы потрудился прочитать инструкцию, которую я тебе дала.       Её волосы были тяжёлыми от влаги, смеси пота и пара, как и у Малфоя. Они прилипали к красной, покрытой пятнами коже непривлекательными коричневыми полосами. Её настроение было не намного лучше, чем у Драко. — Ты знаешь, что я думаю по поводу инструкций.       Да, она знала. Гермиона предпочла не комментировать и внезапно уловила движение, которое, казалось, не было вызвано очень медленным течением источника. Поскольку вода была мутной, она могла только скользить своей сетью по ней и надеяться, что поймает кого-нибудь. Хотя сети были недостаточно большими, чтобы там поместилась саламандра, они позволяли Гермионе и Драко поднять голову существа над водой, чтобы можно было наложить заклинание. Сеть оказалась пустой, и девушка нахмурилась. Жара и духота начали действовать на неё физически, а бубнёж напарника доводил до белого каления морально. Гермиона отчаянно хотела вернуться туда, где она могла бы хоть как-то дышать. — Почему вы путешествуете по всему миру, если работаете в британском Министерстве? — спросил Эрл.       Казалось, рептилия нисколько не страдала. Она просто томилась от скуки в жаркой, влажной атмосфере. Нахождение в подобном климате делало её ещё более невыносимой, чем обычно.       Гермиона оттолкнула хвост ящерицы, которым та мотала у неё перед лицом, чтобы привлечь внимание. Рептилия уселась ей на голову, как только увидела, что они собираются залезть в воду. Её аргументация заключалась в том, что из двух работников Министерства Гермиона, похоже, менее склонна поскользнуться на илистом полу пещеры.       Гермиона, устав от препирательств, бросила взгляд на раздражённого Малфоя. — То, что ты встал не с той ноги с кровати сегодня утром, не значит, что ты можешь вымещать злость на всех вокруг. — Во-первых, я встал не с кровати; я проснулся на твоём шершавом диване с этим, — он указал на Эрла, — спящим на моем носу. Это чертовски неприятно! — В свою защиту скажу, что мне было холодно, — сказал Эрл. — Я рептилия, нам не нравится мёрзнуть. — Это не поможет, — прошипела Гермиона.       Меч Малфоя, как обычно, болтался на его бедре, и Гермиона немного волновалась, что он взбесится и попытается разрубить Эрла пополам. Конечно, ящерица убежит, а меч застрянет в черепе Гермионы. Магия в этом случае не поможет, и хотя Драко замучают угрызения совести, Гермионе уже будет всё равно, потому что она точно умрёт. — Мы путешествуем, потому что британское Министерство на самом деле является единственным в мире учреждением, обладающим такой командой, как мы с Малфоем, — объяснила Гермиона, надеясь, что любопытство Эрла будет удовлетворено, и он просто замолчит. Она взглянула краем глаза на Малфоя, который бездумно маячил позади неё, пытаясь запугать ящерицу, разлёгшуюся на её голове, чтобы заставить рептилию замолчать. Гермионе нужно было уйти от Малфоя подальше, прежде чем она действительно подвергнется опасности получить удар мечом в мозг. — Может быть, каждый из нас обыщет свой угол пещеры? Это значительно ускорит дело.       Драко хмыкнул, но подчинился. Хотя пещера была небольшой, её размера было вполне достаточно, чтобы вывести Гермиону из зоны поражения мечом, что и было её истинной целью, когда она предложила работать по отдельности.       Гермиона сделала несколько шагов вглубь пещеры и снова пристально посмотрела на рябь на воде. Она даже не заметила таящуюся поблизости опасность. Но кое-кто заметил. — Грейнджер, замри!       Инстинкт, который всегда реагировал, когда Малфой использовал этот тон, заставил Гермиону подчиниться без вопросов. Он означал: «делай, как я говорю, или ты, скорее всего, умрёшь», и почти всегда вызывал мгновенную реакцию. Это было хорошо, так как если бы она не сделала то, что он велел, то погибла бы.       Драко бросился к ней с другого конца пещеры, и его меч громко лязгнул, ударившись о камень прямо рядом с головой Гермионы. Хорошо, что существовали заклинания, защищающие меч от затупления. Драко нашёл бы способ обвинить Гермиону, если бы сломал свой меч. Рыцарство не было его сильной стороной.       Гермиона слегка повернула голову и побледнела, когда увидела большое, тощее тело и мутные, незрячие глаза существа, которого не смогла опознать. Что бы это ни было, оно выглядело смертельно опасным и, вероятно, было всего в нескольких минутах от того, чтобы убить её отвратительно выглядящими острыми когтями, которые даже после смерти, казалось, были готовы схватить её за шею. — Всё ещё думаешь, что мой меч — это смешно? — спросил Драко, нарушая её личные границы и причиняя дискомфорт.       Потребовалось усилие, но Гермиона успокоила странное содрогание в животе и посмотрела Малфою прямо в глаза. С такого близкого расстояния она могла видеть тёмно-серые полоски, прорезавшие серебро его радужек. — Я думаю, ты только что убил вид, который ещё не открыли.       Гермиона не встречала никого даже отдалённо похожего на это создание. Она не была самодовольной; она читала много книг о магических существах, включая статьи, написанные исследователями о недавно открытых видах. Поэтому могла смело утверждать это. — Обращайся. — Драко пододвинулся ещё ближе, чтобы вытащить меч из мёртвого чудовища, и только потом отошёл, дав девушке свободное пространство.       Гермиона использовала свою палочку, чтобы поместить тело существа под заклинание стазиса и отправить его в свой кабинет. Она займётся им позже. Она надеялась, что ошибалась и существо вовсе не было редким. Если это было единственное обнаруженное существо или, что ещё хуже, вымирающий вид, то Драко, возможно, придётся заплатить штраф за убийство ценного экземпляра.       Грейнджер была слегка разочарована тем, что Драко сразу же взялся за меч и убил существо. Но она понимала, что если бы он использовал Оглушающее заклинание, существовал риск, что монстр окажется устойчив к магии и сможет убить её. — Либо ты, либо это существо, так что перестань делать такое лицо, — прорычал Драко.       Он видел её расстройство и точно знал, о чём она думала. Женщине нужно было разобраться со своими приоритетами. Гермиона была жива и должна была быть благодарна за это, а не разочаровываться из-за чёртовой машины для убийств.       Гермиона попыталась изменить выражение лица, но у неё ничего не получилось. Однако этих усилий, должно быть, хватило, поскольку Драко больше об этом не упоминал.       Что-то большое задело ногу Драко, заставив его замереть и уставиться на воду. — Проклятая мутная вода, — пробормотал он, отбрасывая сеть и засовывая палочку за пояс. Его лицо исказила гримаса, когда он потянулся и схватил то, что там было. — Хоть раз бы увидеть, что я там пытаюсь поймать!       Если что-то снова его укусит, он применит Аваду, наплевав на бумажки, которые нужно будет заполнить его напарнице.       Вытащив палочку, Гермиона внимательно следила за происходящим на случай, если ей понадобится вмешаться и не позволить непонятно кому съесть её напарника. Это был бы не первый раз, когда ей пришлось останавливать очередное разъярённое магическое существо от того, чтобы съесть Драко — по правде говоря, он оказывал такое влияние на… большинство биологических видов. Он хорошо умел проникать под кожу людей и других сомнительных, но разумных существ.       Матерясь, Драко поднял саламандру, которая подходила под описание из документов Гермионы. Она была метра полтора длиной с чёрной блестящей шкурой на спине и ярко-красным брюхом. Её незрячие глаза были подёрнуты плёнкой — этот вид поколениями жил в темноте. Недовольная тем, что её вытащили из воды, саламандра задёргалась, и Драко поскользнулся на илистом дне, из-за чего они с плеском рухнули в воду. Скользкое существо оказалось удивительно сильным для ползучей твари.       Завязавшаяся между напарником и огнедышащей саламандрой борьба сама по себе была поводом для беспокойства, но Гермиона думала лишь о том, в каком паршивом настроении будет Малфой, когда они покинут пещеру. Не то чтобы он всё утро был само дружелюбие, а теперь ещё и промок в драке со скользкой амфибией. Гермиона собиралась было оглушить Малфоя вместе с саламандрой, когда Драко сумел пригвоздить тварь к поросшей мхом стене. — Грейнджер, пометь её уже, чтобы я отсюда выбрался! — рявкнул он, стоило ей помедлить с заклинанием.       Быстрый взмах палочкой, и саламандра была помечена практически не определяемым отслеживающим заклинанием. Это было собственное изобретение Гермионы: маркировка имела свойство множиться и перекладываться на каждого представителя вида, с которым контактировала первая помеченная особь. Таким образом маркировка быстро распространялась по всему ареалу обитания вида. — Отлично, можем выбираться отсюда.       Малфой бросил саламандру в воду, и рубашку Гермионы окатило брызгами, но она не стала это комментировать. Не промокни Малфой до нитки и не будь он так разъярён, она бы устроила ему взбучку за то, что он намеренно бросил тварь в её сторону. Гермиона была уверена, что так и сделала бы, но решила проявить великодушие и простить ему то, что он повёл себя, как говнюк. Если подумать, она постоянно прощала ему такое поведение.

* * *

— Вы пометили саламандру? — спросил Гарри, когда Гермиона и Драко вернулись в управление.       При виде Поттера и Уизли Драко пулей вылетел из кабинета, оставив за собой мокрый след — в пещере, откуда они вернулись, бессмысленно было использовать чары горячего воздуха, и они с Гермионой не успели обсохнуть. Ни за какие коврижки он бы не продолжил терпеть общество гриффиндорцев после столь неприятного дня.       Никто не отреагировал на внезапное исчезновение Малфоя. Гермиона знала, что он отправился в тренировочный зал, чтобы выместить свою злость на боксёрской груше или на ком-то из зелёных новобранцев-авроров, в то время как Рону и Гарри было плевать на то, куда сорвался Малфой. Главное, чтобы подальше. — Мы нашли одну, — подтвердила Гермиона.       Она кивнула, и потерявший равновесие Эрл схватился за её кудри, чем привлёк к себе внимание двух авроров. Гарри и Рон бросили на ящерицу обеспокоенные взгляды. — Ты водишься с крайне неприятными… существами, — с отвращением бросил Рон. Гарри согласно кивнул.              Не став обижаться, — ведь это была чистая правда — Гермиона высушила себя быстрым взмахом палочки и села за свой стол, чтобы заняться отчётной документацией. — Я абсолютно разделяю ваше мнение, — отметил Эрл, взглянув на Рона с тем же выражением лица, с которым рыжий смотрел на него. — Почему вы так уверены в том, что браконьеры станут охотиться на огнедышащих саламандр? — спросил он и сполз с головы Гермионы. Спустившись по её руке на бумаги, которые она пыталась заполнить, Эрл одарил её выжидающим взглядом. — Мы это уже проходили, Эрл. — От её вздоха бумаги затрепетали вокруг его маленького тельца, и он едва не упал, пытаясь удержать равновесие. — Согласно протоколу допроса, который проводили Гарри и Рон, саламандры, сфинксы и кентавры были указаны в качестве участников предстоящих подпольных боёв. Мы пометили саламандр и пометим кентавров на случай, если их схватят. Но это на крайний случай — для начала мы попытаемся внедриться в браконьерскую организацию.       Она передала Гарри документы для подписи. В конце концов, её вылазка затрагивала интересы Аврората. Каждый раз, когда они с Драко покидали Министерство, ей и её напарнику предстояло заполнить кучу бланков, иногда в трёх экземплярах. Работа с аврорами всё усугубляла, так как создавалась необходимость в дополнительной бумажной волоките. Этому не было конца. — Гермиона, я всё хотел спросить, — медленно произнёс Рон. — Что это за дохлая тварь в углу?       Успевшая забыть о существе, которое едва не убило её в пещере, Гермиона обернулась и проследила за взглядом друга. Спешно покончив с самыми срочными из бумаг, она рванула за книгами, чтобы успеть что-нибудь разузнать до возвращения Малфоя. Им ещё предстояло навестить кентавров, и ей не хотелось бы, чтобы во время их визита Малфой ляпнул что-нибудь и поплатился за это жизнью. Лучше было дать ему немного времени, чтобы выпустить пар сравнительно продуктивным способом.

* * *

— Не пялься на меня, — огрызнулся Драко. Он чувствовал, как глаза Грейнджер буравят его затылок, пока они шли по Запретному лесу.       Недавно прошёл дождь, и глинистая почва стала топкой. Скользкая грязь редкими участками проглядывала через плотный ковёр из листьев. Каким бы свежим и оживлённым ни казался наполненный птичьими трелями лес, настроение Драко от этого не улучшалось. Он понимал, что эта жизнерадостная атмосфера лишь убаюкивает его, заставляя чувствовать себя в ложной безопасности, и следующая лужа, в которую он наступит, может стать для него полной неожиданностью. Ему не хотелось шлёпнуться на задницу и промокнуть насквозь второй раз за день. — Если бы ты просто позволил мне тебя исце… — Нет, — огрызнулся он.       Гермиона раздражённо фыркнула и вновь сосредоточилась на поиске безопасной тропы. — Думаю, это придаёт ему угрожающий вид, — весело подметил Эрл. — Его придает меч, — возразила Гермиона. — И суровый взгляд, — добавила она, когда Малфой стрельнул глазами в её сторону. — Может, хватит уже об этом? — рявкнул Драко голосом столь резким, что с деревьев чуть не посыпались листья.       Малфой хмуро уставился на Гермиону и её пассажира, и лицо его было подобно грозовой туче. Он вернулся с тренировки в зале с синяком под глазом, и настроение у него было хуже некуда. Как они ни старались, Гермиона и Эрл не смогли добиться от него объяснений и своими догадками только сводили его с ума.       Молчал он отнюдь не потому, что пытался придать себе флёр загадочности — ему просто-напросто было стыдно. Когда он уже собирался выйти из тренировочного зала, основательно разгромив всех авроров в рукопашном бою, в помещение ворвалась не в меру энергичная запоздавшая девушка и с размаху ударила его дверью. Это была миниатюрная рыжеволосая девчонка, которая с виду и мухи не обидит, не говоря уже о том, чтобы справиться с опасным преступником. Драко не мог понять, с какой стати ей пришло в голову, что у неё вообще получится стать аврором, и как авроры приняли её в свои ряды. Весь этот инцидент он хотел просто забыть. И это было бы гораздо проще сделать, если бы его напарница и несносный ящер просто прекратили задавать вопросы! — Мне понадобится всего секунда, чтобы вылечить его, — сказала Гермиона после нескольких минут молчания, нарушаемого лишь пением птиц и звуками капающей с листьев воды. — Грейнджер, ты же знаешь, я не люблю, когда со мной нянчатся! — Драко резко затормозил, обнаружив нацеленный прямо ему в лицо лук. Они были окружены вооруженными кентаврами со всех сторон. Оглядываясь назад, можно сказать, что топать и кричать друг на друга в лесу вместо того, чтобы глядеть в оба, было не самым разумным поступком. — Я нашёл кентавров! — провозгласил Эрл, и Гермиона тут же попыталась его утихомирить.       Зная характер Эрла, вероятность того, что из-за него их всех перестреляют, была очень велика.