Плохая идея

      Ноги гудели от усталости, но она была настолько желанной, что Нил только прибавил скорости. Холодный воздух обжигал дыхательные пути, а пот то и дело скатывался по его спине. Это не очень приятное ощущение, но он уже был на пути к дому. Тёплый душ являлся той самой заветной целью, к которой стремился парень.       Температура день за днём опускалась всё ниже, но до сих пор была достаточно тёплой, чтобы бегать в шортах поверх лосин. Даже если по наставлениям дяди Нил надевал какую-то крутую олимпийку, которую Стюарт приобрёл в пафосном спортивном магазине специально для бега.       Знакомые пейзажи леса проносились перед глазами, представляя всё более жалкий вид голых деревьев. Совсем скоро последние, самые стойкие листья опадут, и всё станет окончательно серым. Нил любил этот цвет, но не в природе. То, какой унылой и давящей становилась атмосфера, действовало на него сродни десятифунтовой гире. Буквально раздавливало всё хорошее. К несчастью, зима была точно такой же серой, но с лёгким налётом снега, недостаточным для обширных сугробов, которые добавляли бы светлого цвета.       Грязь двигалась под ногами, разъезжаясь в стороны, вынуждая прикладывать больше усилий для каждого шага. Открыв калитку на участок, Нил поспешил проскользнуть в безопасную устойчивость каменной тропы. Привычно игнорировал шум со стройки — рабочие в ближайшие дни должны были закончить бассейн; Стюарт уже предвкушал свои первые заплывы. Насколько смог понять Нил, его дядя действительно заморочился и заказал не просто крытый бассейн, но ещё и с подогревом. Даже ему самому теперь немного хотелось поскорее опробовать новшество.       Быстро сделав себе напиток, Нил поплёлся в гостиную на звуки тихих голосов с телевизора. Пот неприятно застывал на коже, создавая липкость и ощущение плёнки, но сил преодолевать лестницу, чтобы добраться до комнаты, не было. Последние сорок минут пробежки были явно лишними, зато Нил смог осмотреть дом, принадлежащий Рейнольдсам. В этом не было никакой необходимости или весомой причины, ноги сами привели его к соседней территории, в разы превышающей их с дядей владения. Нил не понимал, зачем кто-то в трезвом уме покупает такие огромные дома, но зато теперь имел более чёткое представление о том, как именно Элисон умещает огромное количество народа на своих вечеринках.        — От тебя воняет, — услужливо осведомил Стюарт, отодвигаясь на другой конец дивана, когда Нил сел к нему.       Он фыркнул и завалился на бок, падая головой дяде на колени. Гримаса, которую состроил Хэтфорд, была слишком смешной. Однако он даже не попытался скинуть его, вместо этого провёл рукой по мокрым волосам, убирая прядки с лица.        — Зайдёшь в парикмахерскую? Твои волосы довольно сильно отросли.        — Не хочу.       Стюарт начал массировать кожу головы, слегка царапая её ногтями. Нил довольно улыбнулся и повернулся лицом к телевизору. Приятная лёгкость наполнила его, когда на экране появилось кругловатое доброе лицо усатого Пуаро. Эркюль мило беседовал с молодой дамой, мастерски вплетая в свою речь вопросы о её алиби и отношениях с убитым. Стюарт часто смотрел этот сериал, по кругу пересматривая все сезоны с небольшим перерывом. Именно из-за него в личной библиотеке в комнате Нила появились все книги Агаты Кристи о бельгийском детективе.        — Мэри будет ворчать, когда увидит, — мягко произнёс Стюарт, как бы между делом.       Нил фыркнул и опять повернулся лицом к дяде, глядя на него снизу вверх. Его волосы упали на колени Хэтфорда, обрамляя голову полукругом. По тому, как смягчился взгляд дяди, можно было догадаться, что он находил это красивым.        — Тогда ей следовало подумать прежде, чем оставить это на моём лице.       В его голосе не было злости или обиды, только лишь раздражение. Нил знал, как Мэри ненавидела его внешность, в особенности длинные кудри, но отказывался смиряться с этим. За последние шесть лет не было ни одной их встречи, когда она не упомянула бы его схожесть с отцом с отвращением в голосе, хотя раньше её более чем устраивало то, как он выглядит. Нил помнил, как она называла его маленьким солнышком или огоньком, когда забирала его из садика. Он считал лицемерным то, как она в одночасье изменила своё мнение.       В том, как Стюарт смотрит на него, заметна вина, но Нил отказывается признавать её. В паршивости его матери и отца не было вины Стюарта. Наоборот, из всех взрослых, что как-либо присутствовали в его жизни, только дядя не подвёл Нила.        — Когда мы поедем к ней? — быстро перевёл тему Нил, не давая возможности для беспочвенных извинений.       Одной из причин их переезда в Колумбус было определение Мэри в клинику для душевнобольных штата Огайо судом Мэриленда. Это не было сделано специально, просто когда встал вопрос о смене места жительства, Стюарт предложил несколько возможных вариантов, из которых они вместе выбрали тот, который был бы удобен для работы Хэтфорда, жизни Нила и редких поездок на встречи с Мэри. И по общему признанию, расстояние до клиники играло самую последнюю роль. Ни Стюарт, ни Нил к тому времени уже не были так сильно зависимы от постоянных поездок и настолько наивны, чтобы думать, будто она станет прежней и даст им ту эмоциональную отдачу, которой они жаждали. В памяти Нила это осознание было болезненным и долго находилось в отрицании, но когда оно произошло, это была боль вместе с облегчением.       До сих пор тоска по матери съедала его тёмными ночами, заставляла мечтать о том будущем, которого у него никогда не будет, представлять её крепкие, но нежные руки, держащие его в своих объятьях в трудные дни. Нил мечтал о том, как Мэри будет помогать ему выбирать костюм на выпускной в следующем году, он бы, наверное, даже попросил её быть его парой, ведь он никогда не видел её в нарядном платье с причёской и красивым макияжем, да и сомневался, что в её школе в Великобритании были подобные балы на окончание школы. Нил хотел бы пригласить её на медленный танец и сказать, что она самая красивая из всех, даже если и старше их на добрые два десятка лет. Он хотел бы услышать её смех и увидеть те искорки в глазах, которые были там всё его детство.       Нил хотел увидеть свою маму, даже если сейчас это была просто тусклая оболочка, оставшаяся от самой восхитительной женщины, которую он когда-либо знал.        — Не раньше Рождества, — произнёс Стюарт, хмуря брови. — Я звонил её врачу на прошлой неделе, у неё опять был рецидив. Доктор Добсон хочет, чтобы она пришла в себя и осознавала происходящее.        — Я куплю ей подарок, — Нил пожал плечами и хотел закончить разговор, повернувшись обратно к телевизору, но Стюарт мягко опустил ладонь на повреждённую ожогом кожу.        — Если это тебя беспокоит, мы могли бы обратиться к специалисту, — напомнил он, будто они не прошли кучу врачей, предлагающих самое разное решение.       Нил не был против лечения повреждённой кожи, но он не хотел никакого агрессивного вмешательства по типу лазерного лечения или операций. Крема и те инъекции, которые делали, когда он был моложе, сильно сгладили последствия, делая его внешность терпимой. Большего он не просил. То, что кому-то не нравилась его внешность — не проблема Нила. Он мало заботился о том, чтобы нравиться людям, в основном шрамы были их проблемой. Но если судить по тому опыту, который Нил имел с Эндрю и Кевином, то чем старше становились люди, тем меньше они обращали на это внимание. Конечно, всегда есть придурки, сующие свой нос куда не попадя, но так у него был своеобразный фильтр, отсеивающий их.        — Нет нужды, они не доставляют мне проблем, — отмахнулся Нил, но поймал недоверчивый взгляд дяди и поспешил исправиться. — По крайней мере, не больше, чем обычно. Я скажу, если передумаю.       Внимательно изучив его лицо, Стюарт медленно кивнул.        — Но мы всё равно поедем на осмотр в конце месяца. Не вздыхай так, твои крема кончаются, нужно узнать, продлевать ли их использование или купить что-то другое.        — Ты ведь знаешь, что я могу сам сходить к врачу, да?        — Да, но я хочу быть рядом, — Стюарт закусил губу и мягко очертил линию его челюсти. — Пожалей старика и подыграй его эгоистичным желаниям.        — Не такой ты и старый, — фыркнул Нил, но не сказал ничего против.       Они вернулись к просмотру Пуаро, который уже был близок к разгадке и готовился к поимке преступника. Сериал быстро поглотил их внимание.

***

      Тучи начали сгущаться примерно четверть часа назад, создавая довольно мерзкое настроение. Нил смотрел на них, раздумывая над необходимостью зонта. Он уже собирался выходить, когда морось скатилась по его окну, и ему пришлось переодеваться.       Они со Стюартом до самого обеда смотрели английский сериал, а после быстрого перекуса Нил, наконец, созрел для того, чтобы подняться к себе и приняться за сборы. Душ не занял много времени, как и подбор одежды, даже если переодеваться пришлось дважды. Благодаря дяде у него был неплохой вкус в одежде, но почти все вещи в шкафу были достаточно базовыми, дабы не заморачиваться с составлением наряда. Нилу нравилось, что он мог отталкиваться от критериев удобства и комфорта, а не того, как что с чем сочетать. С первых дней осени он предпочитал свитера и кардиганы разной степени тепла, а эти модные штаны, слегка зауженные к низу и сделанные из тёмной льняной ткани, были его фаворитом в этом сезоне. Нил долго избегал их в прошлом, считая, что высокая талия — это что-то странное, касательно мужского гардероба. Однако, оно оказалось таким удобным, что у Стюарта не сходила довольная ухмылка с губ в первые несколько недель, когда мужчина замечал их на Ниле.       Нил думал застать дядю в том же положении на диване, когда вернулся в гостиную, но Стюарт выглядывал в огромное окно, выходящее на небольшой передний сад, который в основном состоял из газона и только номинально был садом.        — Что-то интересное? — спросил Нил и ругнулся под нос, когда заколка слетела с того места, где он пытался собрать волосы, больно цепляя прядки.       Дядя был прав, когда сказал, что его волосы отросли. Это было не очень заметно, но присмотревшись, Нил увидел, как немного неуклюже они лежат вокруг его лица. Стричься действительно не было желания, поэтому он откопал в своём столе несколько старых заколок и хотел собрать те прядки, что лезли в глаза с левой стороны.        — Симпатичный молодой человек курит около нашего забора, — не обращая внимания на бранные слова, слетевшие с губ племянника, задумчиво произнёс Стюарт. — Он кажется мне знакомым. Это не твой друг? Тот, что близнец Аарона.        — Эндрю? — удивившись, Нил плюнул на попытки заколоть волосы и подбежал к дяде.       Выглядывать из-за плеча было не очень удобно, особенно с учётом того, что Хэтфорд был несколько выше. Но это действительно был Эндрю там, за забором. Миньярд выглядел так же, как и в тот день, когда они случайно пересеклись в книжном: огромные спортивные штаны, такая же толстовка, шапка и очки в потрёпанной оправе. Он походил на гопника, случайно забредшего в элитный район. Нил поймал себя на том, что тихо хихикал в плечо дяди, глядя на Эндрю. Наверное, он никогда не привыкнет к тому, что по субботам весь тот идеальный образ, тщательно поддерживаемый в школе, летел в помойку, уступая место комфорту.        — Полагаю, тебя стоит ждать поздно?        — Нет, не думаю, — успокоившись, Нил покачал головой, но опять разразился хохотом, когда заметил, как Эндрю почти рефлекторно выкинул бычок, но вовремя остановился, строя моську в размышлениях о том, куда девать окурок.        — Я давно не видел тебя таким.       Стюарт смотрел на него с таким количеством эмоций и нежности, что стало неловко. Он сдвинулся, выпуская штору из рук, и развернулся лицом к племяннику.        — Иди повеселись с другом, но не забудь написать, если задержишься, — добрая улыбка тронула губы Стюарта, когда он опустил ладонь на макушку Нила и легонько потрепал его по волосам.       «Мы не друзья» привычно хотело сорваться с его губ, но Нил не нашёл в себе сил, чтобы произнести это. Последние дни-недели казались именно такими, какими их представляло подростковое воображение о дружбе и общении. Эндрю всё больше открывался ему, больше говорил и сухо подшучивал, особенно, когда рядом с ними был Кевин. Нилу нравилось это. Он был уверен, что этот уровень доверия был во многом заслугой игры, предложенной Миньярдом. С того самого первого дня они больше не затрагивали хоть сколько-то серьёзных тем, зато обменивались интересами и хобби, рассказывали о любимых фильмах и предпочтениях в еде, делились тем, как предпочитают проводить свободное время и критиковали вкусы друг друга. Ничего стоящего, но тем не менее приятно. Это ни к чему не обязывало, но плело хитро устроенную нить, связывающую их двоих. Иногда Нил даже думал, что мог дёрнуть за неё и добиться реакции, даже если Эндрю не хотел этого. К слову, это был обоюдоострый меч — у Миньярда в руках имелась такая же власть.       Накинув пальто, новое, вчера преподнесённое Стюартом на замену старой куртке, Нил схватил шарф, но просто накинул его на шею. Он был готов покинуть дом, когда дядя появился в коридоре со сложным, но определённо точно довольным выражением лица.        — Этим вечером ты занят, я полагаю? — Дождавшись кивка, он продолжил. — Я уеду часам к семи, вернусь поздно. Ты справишься?       Нил нахмурился, глядя на него. Веселье утекало сквозь пальцы, когда догадка закончила формироваться в его голове.        — Что-то случилось на работе?       Этот вариант был настолько сильно вероятен, что он бы не удивился. В последнее время Хэтфорд довольно часто задерживался в офисе и поздно возвращался домой, а его рабочие поездки в выходные стали постоянными за эти три недели.        — Расслабься, — фыркнул Стюарт. — Я договорился сходить на свидание.        — Что?       Нил завис с руками около краешков шарфа и широко раскрытым в удивлении ртом.        — Ты против? — искренне удивился Хэтфорд, сжимая челюсть в неуверенности и растерянности. По тому, как его взгляд отвёлся в сторону, можно было догадаться, что он собирается защищаться. — Мне показалось, что ты хотел, чтобы я занялся личной жизнью.        — Нет-нет, я не против, — поспешил заверить Нил, активно тряся головой. — Я просто… Не ожидал этого? — Он нервно рассмеялся. — Ты был так занят в последнее время, я не думал, что ты познакомился с кем-то.        — Ну, официально мы не знакомы, — Стюарт пожал плечами, заметно расслабляясь.       Нилу стало неуютно от того, что Стюарт чувствовал себя обязанным отчитываться и обороняться перед ним. Он закусил губу, изо всех сил стараясь не хмуриться, глядя на дядю.        — Эти модные приложения для знакомств иногда бывают полезными. Мы долго переписывались, и это было достаточно приятно, чтобы задуматься над встречей.        — Никогда бы не подумал, что ты найдёшь кого-то в приложении, — произнёс Нил, осматривая дядю на предмет чего-то выбивающегося из рамок нормального. — Знаешь, ты и современные штучки.        — Я не так уж и стар.        — Ага, но иногда я сомневаюсь в этом, — хихикал Нил, уворачиваясь от брошенного в него носового платка. Откуда Стюарт только достал его.        — Иди уже, гадёныш. Твой мальчик замёрзнет насмерть, пока ты соберёшься.        — Он не мой мальчик, — закатил глаза Нил, фыркая.       Ещё раз проверив, что всё необходимое на месте, он быстро попрощался с дядей.       Мокрый асфальт шуршал под ногами, пока Нил неторопливо брёл навстречу приободрившемуся Эндрю. Судя по всему, Миньярд успел куда-то бросить бычок за то время, что они с дядей не смотрели в окно. Нил очень надеялся, что не найдёт его потом где-нибудь на обочине.        — Что ты здесь делаешь? — вместо приветствия произнёс он, останавливаясь напротив парня.       Судя по тому, как горбился Эндрю, ему было холодно, однако кроме этого и покрасневших щёк, ничего не выдавало его. Миньярд не спешил с ответом, предпочитая прежде внимательно осмотреть Нила с ног до головы и неопределённо хмыкнуть.        — Ты говорил, что собираешься проведать группу Алби.        — Я сделал это, — кивнул Нил и со вздохом стянул с шеи шарф, протягивая его Эндрю.       Миньярду потребовалось около семи секунд, чтобы избавиться от замешательства и нерешительно принять подношение.        — Но это не объясняет, почему ты здесь.       Нил слегка улыбнулся, наблюдая, как Миньярд ворчал себе под нос о глупых идиотах, пока расправлял шарф и кутался в него, словно в накидку.        — Уверен, что это носится не так.        — Заткнись, — Эндрю стрельнул в него недовольным взглядом, но заметно расправил плечи. Видимо, тонкая шерстяная ткань грела всё же достаточно. — Считай меня личным такси на этот день.       Он не дожидался ответа: сказав это, Миньярд быстро обогнул машину и плавно плюхнулся за руль. Нил не интересовался машинами, но его знаний было достаточно, чтобы понять, что это неплохой автомобиль, находящийся явно не в ценовой категории Эндрю. Но так как близнецы Миньярд никогда не появлялись в школе на чём-либо ином, Нил довольно часто видел её и знал, что она принадлежит им, но никогда до этого не подходил не то чтобы так близко, чего уж говорить о том, чтобы садиться внутрь.       Салон всё ещё пах новизной и был таким идеально чистым, что было даже неловко. Нил ёрзал на месте, пристёгиваясь, и пытался не думать о том, как на самом деле это положение было неудобно. Его сидение, спинка которого была сильно откинута назад, заставляло его едва ли чувствовать себя комфортно. Пытаясь расслабиться, он откинулся на эту неудобную спинку, но быстро передумал и сел с прямой спиной, игнорируя боль в лопатках, появившуюся уже на тринадцатой минуте езды.       Эндрю игнорировал его попытки обустройства до того момента, пока они не доехали до первого регулируемого перекрёстка на самой окраине Колумбуса. Его вздох, специально громкий и показательный, заставил Нила покраснеть. Однако, Эндрю, видимо, посчитал, что этого недостаточно. Встав на красный свет светофора, он оттянул свой ремень безопасности и резко наклонился над коробкой передач прямо к Нилу, нависнув над ним и плотно опёршись ладонью о подголовник в сантиметрах от лица.        — Что ты?.. — он не смог договорить, внезапно ощутив резкую нехватку воздуха.       Нил почувствовал, как его сердце болезненно сбилось с ритма. Безумно долгие секунды золото чужих глаз смотрело на него тяжелым взглядом, давая возможность разглядеть каждое вкрапление светлой зелени весенней травы, которой так не хватает этой поздней осенью. Уверенный, что выглядит глупо со своими широко раскрытыми глазами и распахнутым в немом вздохе ртом, Нил с усилием сомкнул губы и закусил нижнюю, привычно начиная сгрызать сухую корку.       Взгляд Миньярда, прикованный к его лицу, был не только тяжёлым, но и скрывал за собой что-то большее; оно проглядывало в лёгком блеске чернильных зрачков, том, как они медленно увеличивались, поглощая все остальные цвета по мере своего пути. Неизведанный трепет охватил тело Нила от мысли, что именно он является причиной такой реакции от того, кто по чужим словам вовсе не умеет выражать эмоции. Словно загипнотизированный, он не мог отвести взгляд, даже когда Эндрю слегка сдвинулся.       Только когда кресло пришло в движение, Хэтфорд понял, что Миньярд надавил на регулировку наклона спинки, а второй рукой не просто держался за подголовник — тянул его на себя. Вместе с весом Нила.       Паническое смущение вынудило Нила отвести взгляд. На его же голову. Теперь вместо этих неземных глаз, он смотрел на то, как свободно болтающаяся ткань толстовки плотно облегала крепкие мышцы от плеча до локтя. Это зрелище ощущалось ударом под дых. Нилу, с его жилистой комплекцией, сложно было представить, сколько часов Миньярд провёл за упражнениями, чтобы добиться этого результата.       Так же легко, как и придвинулся, Эндрю вернулся на своё место, за секунду до того, как светофор загорелся зелёным.       Нил же продолжал пялиться в сторону, не понимая, что именно происходит с его телом и разумом, которые находились в ступоре и смятении. Он упорно игнорировал ту часть, которая продолжала трепетать. Мысль о том, чтобы вернуться домой и поговорить с дядей о произошедшем, была слишком соблазнительной. Являлась спасением и ключом к новоприобретённой тайне.       Конечно, Нил не мог так просто сорваться обратно, не тогда, когда это вызовет подозрения у Миньярда, и не тогда, когда Стюарт собирался куда-то выбраться впервые за долгое время. Нет, Нил не был эгоистом. Но он определённо точно поговорит с дядей, когда они оба будут дома.        — Что с тобой не так? — заметив его отсутствие, спросил Эндрю.       Кажется, он уже какое-то время бросал на него немного тревожные взгляды. Тряхнув головой, Нил слабо улыбнулся, поворачиваясь к нему лицом.        — Ничего, просто переживаю за дядю, — он даже почти не солгал.        — Мне казалось, он самостоятельный взрослый, — Эндрю дёрнул бровью и наклонил голову в его сторону, как бы подбадривая продолжить, но не отвлекался от дороги.        — Да, конечно, но… — Нил нахмурился.       Он не хотел показаться глупым утёнком, который постоянно следовал за своей уткой по жизни, даже если эта «мама» была его дядей. Только вот на текущий момент он действительно был таким утёнком, не имеющим в этом мире никого, кроме Стюарта. Эндрю — второй самый близкий человек к настоящему Нилу сейчас.       Вздохнув, он сложил руки на коленях и уставился на них, спрашивая:        — Как бы ты отреагировал, если бы Ники пошёл на свидание?        — Мне плевать, — быстро ответил Эндрю и пожал плечами. — До тех пор, пока ему ничего не угрожает, он волен делать всё, что хочет.        — Что это значит?        — Что значит «что»? — Эндрю бросил на него немного осуждающий взгляд и вздохнул. — Ники взрослый. Может, оно так и не кажется, но это правда. Он самый ответственный взрослый, который когда-либо у меня был.       Учитывая то немногое о жизни Эндрю в приёмных семьях, что знал Нил, это было довольно высоким отзывом.        — Я знаю, что он способен позаботиться не только о нас с Аароном, но и о себе. Даже если иметь в виду физическую угрозу. Под «не угрожает» я имел в виду то, что заставит меня нервничать и переживать о нём. Ты встречался с ним, знаешь, каким он может быть. Многие думают, что эта роль дурачка прописана в нём по умолчанию. Но я доверяю ему самому судить о людях, но в то же время не могу не думать о том, что очередное его свидание закончится не так, как он думает. Мой психиатр помогает держать это под контролем.        — Значит, ты всё-таки переживаешь о нём.        — Не физически, нет. Он может постоять за себя, — хватка пальцев Эндрю на руле стала настолько крепкой, что костяшки пальцев побледнели. — Я видел, что он более чем способен защитить себя.        — Расскажешь? — ненавязчиво спросил Нил, вновь смотря на него. Он был готов к тому, что Эндрю воспримет это как его ход в их игре, но чувствовал, что был бы не против поделиться чем-то в ответ, если потребуется.       За эту недолгую поездку, его взгляд продолжал возвращаться к Миньярду, даже когда сам Нил, казалось бы, не был готов смотреть на него. Ещё одна странность, которую он бы хотел обсудить с дядей позже. Что само по себе тоже являлось странностью — никогда до этого помощь Стюарта не требовалась ему так часто, как в эти последние месяцы.       Эндрю бросил на него недовольный взгляд, но примирительно вздохнул.        — Он один дал отпор трём парням пару лет назад, когда мы гуляли по городу. Ники тогда только узнал о моей ориентации и был очень взбудоражен этим. Он громкий, поэтому, конечно же, привлёк внимание. Три придурка сели нам на хвост, когда мы гуляли по центру, ждали, пока не уйдём в более тихое место. Я мог защитить нас обоих, действительно мог. Ники знал это, но не позволил. Конечно, по итогу я тоже ввязался в драку, но основные заслуги его. Представь моё удивление, когда спустя год совместной жизни я узнаю, что мой идиот-кузен способен на подобное, — язвительно произнёс Эндрю и фыркнул.       Нил лишь единожды встречал Ники лично, в тот злополучный день в книжном, но по скудным рассказам и обширным жалобам на дружелюбность своего кузена от Эндрю, не думал, что он относится к тому типу парней, что действительно умеют драться. Это открытие немного удивляло.        — Если не физически, то о чём ты переживаешь? — спросил Нил. — О том, что его ранят?       Эндрю кивнул:        — Ники ранимый и немного наивный. Мечтает о семье и любимом человеке, даже если уже обжигался и там, и там. У него были прекрасные отношения, до того, как Ники взял нас с Аароном. Он вернулся из Германии, оставив там всё: дом, работу, любимого человека. Поначалу всё было хорошо, но мы не были идеальными детьми, это выматывало Ники и отнимало всё его время. Спустя год жизни на расстоянии они расстались. Ники говорит, что это было обоюдное решение, но я слышал, как они ругались по телефону последние несколько месяцев. Да и если смотреть правде в глаза — кому нужен молодой парень с прицепом в виде подростков?        — Вы не прицеп, — опроверг Нил, чувствуя раздражение от того тона, которым Эндрю отзывался о себе и брате. — Это был его выбор и осознанное решение.        — Решение, испортившее ему жизнь.        — Если они расстались из-за этого, значит, всё было не так идеально, как ты думаешь. Если бы тот человек действительно любил Ники, он бы, в первую очередь, не оставил его один на один с вами. Да, вы, может быть, и были маленьким дерьмом, но Ники решил заботиться о вас, тот человек либо должен был принять вас так же, как сделал это Ники, либо сразу сказать о том, что не намерен этого делать, и не ебать ему мозги.       Чувство несправедливости и обиды заставляло Нила злиться. Он не был особо эмпатичным человеком, по большей части чужие проблемы действительно имели в его глазах малое значение, но сейчас праведный гнев разъедал изнутри. Ники, по его восприятию, был достаточно добрым и улыбчивым парнем с большим сердцем, то, как с ним обошлись, действительно расстраивало Нила. Как и тот факт, что Эндрю винил в этом себя и Аарона.        — Успокойся, — заметив изменение в его настроении, сказал Эндрю. — Это в прошлом. Ники уже давно отпустил эту ситуацию и двигается дальше. Раз в неделю он обязательно находит какого-то парня, с которым проводит время.        — Значит, Ники не переживает о том, как вы отреагируете на это?        — Может, поначалу: Аарон был лютым гомофобом, но он переборол это. Но ни тогда, ни сейчас Ники не стыдился того, что пытается построить свою жизнь. Не пойми превратно, ему не плевать на нас, — и вот опять Эндрю говорил так, будто оправдывался. Нилу определённо это не нравилось, — просто его жизнь не кончается из-за того, что он решил взять нас. Скоро мы станем совершеннолетними, ещё раньше окончим школу. Он молод и заслуживает своего счастья.       Нил представил, как заканчивает школу и поступает в какой-то университет, наверное, даже переезжает в какой-нибудь далёкий штат, а Стюарт… Он не знал, что будет делать Хэтфорд в это время. Почему-то казалось, что он тоже переедет, не позволит Нилу жить в общежитии, и их домашняя рутина останется такой же, как и сейчас. Так глупо. Как бы не хотелось верить в это, но такой вариант был невозможен. Стюарт и так многим пожертвовал ради Нила, дважды пережил крупный переезд и только недавно, наконец, уладил все последние рабочие формальности. Здесь, в Колумбусе, у Хэтфорда уже была своя жизнь, Нил был не вправе просить отказываться от неё.       Нил переедет, станет независимым (даже если эта мысль пока что пугает его), а Стюарт будет всегда рад видеть его в их доме, который постепенно станет принадлежать только ему одному, в то время как Нил станет гостем. Эта перспектива казалась очень одинокой, особенно в отношении их небольшой семьи. Конечно, Нил будет скучать, но его жизнь будет совершенно иной: новые знакомства, даже если поверхностные, масса возможностей, полное погружение в учёбу, а дальше — в карьеру, наверняка, ещё один переезд, уже в свою квартиру, свой быт, работа, хобби. Он всегда сможет приехать в гости к дяде, но не сможет быть рядом всегда. Возможно, у него даже появится какой-нибудь хороший друг, а, может, они с Эндрю всё ещё будут дружить и даже жить поблизости. Жизнь Нила не будет такой уж одинокой, нет.       И подобный расклад с минимальным общением его более чем устраивает. Однако мысль о том, что Стюарт будет один всё это время, отдаёт горечью на языке.        — Твой дядя вправе строить свою жизнь, — будто бы читая его мысли, произнёс Эндрю, плавно выруливая на парковку перед гипермаркетом. Заглушив двигатель, он отстегнул ремень безопасности и развернулся к Нилу. — Поначалу нас с Аароном пугало то, что кроме нас у Ники есть кто-то ещё. Мы думали, что он бросит нас ради этого другого человека. Но Ники так не сделал, как и твой дядя не сделает этого. Вы оба можете понимать это, но всё равно бояться. Это нормально. Просто поговорите.        — Ты в курсе, что звучишь как психоаналитик? — чувствуя себя уязвлённым, хмыкнул Нил. — Не люблю их.        — Какая жалость, — Эндрю закатил глаза и выудил из подстаканника связку ключей. — Пошли, нам нужно затариться.       Миньярд выскользнул из машины, кутаясь в одолженный шарф так, будто это была его собственная накидка. Он не оборачивался, твёрдой походкой направляясь в магазин.       Нил нашёл это забавным, учитывая то, что Эндрю специально не шёл быстро, ожидая, пока он присоединится. Выскользнув на улицу, Хэтфорд поднял воротник пальто и поспешил нагнать парня.       Выбор магазина Нил считал странным, но промолчал, следуя тенью за Эндрю. Количество людей ужасало. Конечно, все они были заняты своими покупками и мало обращали внимания на двух подростков, снующих меж стеллажей в процессе выбора, но тревожность не покидала Нила.       Всю свою жизнь — вынужденно или нет, — он избегал такого скопления людей, предпочитая более тихое и «занятое» время суток, чтобы выбираться в общество. Иногда, когда такой возможности не было, он вливался в поток движущихся тел, но всегда подходил к этому ответственно: искал менее популярные и крупные магазины, предпочитая зайти в несколько маленьких, нежели один большой.       Эндрю, если и заметил его нервозность, никак на это не отреагировал. Не было похоже, что он, как в тот первый раз, следует за Нилом, служа действительно больше компаньоном, нежели помощником. Сейчас же у него явно была своя цель. Он вёл их, скидывая в огромную корзину, которую толкал Нил, несколько одеял и пледов, критично рассматривал каждый предмет одежды, отметая те, которые были менее тёплыми.       Это странное поведение зацепило фокус внимания Хэтфорда. Нил всё ещё старался обходить посторонних людей, но охотно следовал за Эндрю, попутно выбирая то, что было в его списке.       Они не говорили, просто блуждали, набирая целый ворох вещей, и лишь молча спрашивали помощи в выборе, поднимая пару вещей перед чужим лицом. Это было приятно легко.       Небольшой спор, затеянный на кассе, был разрешён довольно быстро, пусть приходился и не по нраву Нилу. Однако он не смог переубедить Эндрю в его желании оплатить часть.        — Может, мы и не живём в загородном доме, но книжный Ники приносит хороший доход. Так что заткнись, — огрызнулся Миньярд, протягивая кассиру свою карточку.       Нил заставил себя прикусить язык, не желая задевать Эндрю фразами о том, что уровень дохода в их семьях действительно разный. Вместо того, чтобы бессмысленно сотрясать воздух, он просто был быстрее, когда они остановились в небольшой забегаловке фаст-фуда. Отработанная годами непроницаемая маска стойко выдержала недовольный взгляд Миньярда, позволяя Нилу уравновесить их траты сегодня.       Они загружают пакеты в машину и под строгий взгляд Эндрю, Нил всё же сел в неё, отказываясь от привычного способа прогулки до моста. Он думал, что Миньярд вобьёт в навигаторе какое-либо место по близости для ориентира, но он не сделал этого, сразу же тронулся с места, как только двигатель достаточно прогрелся.       Нил сохранял молчание, но ловил себя на том, что наблюдает за тем, как расслабленно и уверенно выглядел Миньярд за рулём. Тот факт, что он до сих пор кутался в шарф Нила, конечно, убавлял эффект крутости, но тем не менее это выглядело хорошо.       Маленький укол зависти тронул его сердце, когда он вспомнил, как отказывался от всех предложений дяди сдать на права.        — Что обычно ты делаешь после? — пристроившись за одной из машин на дороге, спросил Эндрю.       Поняв, что он спрашивает об этих странных вылазках в город, целью которых в основном является только посещение группы Алби, Нил пожал плечами.        — Только это. Изредка, если мать просит, я могу зайти купить ей что-то. Мне не комфортно вне дома.       Эндрю загадочно промычал и бросил на него быстрый взгляд.        — Сейчас тоже?        — Думаю, нет, — признался Нил после недолгих раздумий. — Я привык к тебе; за это время ты не сделал ничего, что бы мне не нравилось, и слушал, когда я просил дать время или остановиться, — пояснил он, расслабляясь и удобно растекаясь по сидению.       Краем глаза он заметил, как Миньярд кивнул.        — Ты не должен молчать, если что-то тебя не устраивает, — резко произнёс он, что звучало очень категорично.        — Я не буду, — кивнул Нил, вкладывая в эти слова всю имеющуюся серьёзность. — Мне нравится наша дружба, — впервые произнёс это слово вслух он, но ощутил странную инородность на языке. Чувствуя, что сейчас не подходящее время, Нил отложил и эту мысль. — Но я знаю, что для тебя это может быть не так. Поэтому, если что-то не устраивает тебя, ты тоже должен мне сказать об этом. Равный обмен, помнишь?        — Ты невыносим, — едва слышно пробурчал Эндрю.       Предположив, что это не предназначалось для его ушей, Нил проигнорировал фразу, уставившись со всем вниманием в лобовое стекло.       Они уже были на подъезде к широкому мосту, колонны которого стали пристанищем для группы бездомных. Как и всегда, момент перед встречей требовал небольшой концентрации и моральной подготовки со стороны Хэтфорда. Сжав кулаки на коленях, Нил делал глубокие вдохи и выполнял мысленные упражнения, пока Миньярд медленно ехал в поисках парковочного места.

***

       — Мы будем в паре, — объявил Кевин, подходя к его парте после урока истории днём следующего понедельника.       Нил, не впечатлённый, внимательно осмотрел его снизу вверх и пожалел, что не успел встать к этому моменту, чтобы выглядеть хоть немного более внушительно. С ростом Кевина это, конечно, не возымело бы желаемого эффекта, но помогло бы самооценке Хэтфорда.        — Мне всё равно, — хмыкнул он, складывая тетрадь и листок с темами проектов на экзамен в конце семестра.       С того самого момента, как Дэй ещё в начале урока бросил на него многозначительный взгляд, когда профессор Ваймак объявил об итоговых проектах, Нил понял, что у него не будет выбора в этом вопросе. В целом, нельзя сказать, что ему это не нравилось. Кевин с его страстью к этому предмету и яростным желанием доказать отцу, что он ни сколько не хуже (а ещё утереть нос тем, кто вечно твердит, мол все хорошие оценки Кевина — заслуга его отца) был лучшим вариантом. Нил больше не хотел оказываться в ситуации, когда на него сваливают всю работу и просто довольствуются результатом. Не самый худший вариант, на самом деле, ведь ему не приходилось общаться с «товарищем», но то, как он весь сентябрь просидел до поздней ночи в попытке сделать работу за двоих, было довольно выматывающе.       Даже до того странного знакомства, которое провернул Миньярд, из всех в классе Кевин был самым предпочтительным кандидатом в групповое задание. За то недолгое время, что Нил успел его узнать, Дэй действительно был не таким уж плохим парнем, даже если иногда перегибал со своими попытками агитировать на вступление в команду по футболу. В этом вопросе Хэтфорд начинал понимать Эндрю — говорить Кевину «нет» было слишком весело, особенно когда тот понимал, что его любимый вид спорта нисколько не привлекает Нила.        — Ты уже изучил темы? — Кевин нетерпеливо перекатывался с пятки на носок, крепко сжимая в руках свой листок с темами, и выглядел взволнованно.       Закончив складывать канцелярию в рюкзак, Нил покачал головой. Он находил забавным то, как его простой ответ заставил глаза Дэя загореться.        — Я подумал, что мы могли бы взять историю становления. Что думаешь? Достоверных источников немного, всё же американцы не хотят признавать своей причастности к многовековому рабству и смертоубийству, но как раз эти противоречия и привлекают, да?        — Ты сам американец, Кевин.        — Моя мать была ирландкой, — защитился он и нахмурился. — Прости, если я задел тебя, это вышло неосознанно. Мы можем изменить тему, если это задевает твои этнические корни, — куда более спокойно добавил он.       Встав, Нил выбрался из-за парты и, наконец, смог смотреть на Кевина с более высокого уровня.        — Моя мать англичанка, отец — поляк. Мои этнические корни вообще не задеты, — отмахнулся он, ухмыляясь, когда Кевин расширил глаза сначала в удивлении, а потом и в восторге.       Нил мог поклясться, что мать Кевина так же, как и дядя Нила, часто ругала американцев и их культуру. Он знал, что Дэй рано лишился матери, но по тому, как он любил ворчать о культурных различиях, громогласно показывало то, что он не отрёкся от её корней.        — Отлично! Дай мне свой номер, чтобы мы списались, когда сможем начать, — Кевин протянул руку и потряс ей в воздухе, подгоняя Нила на действие.       Хэтфорд глупо смотрел на неё в течение какого времени, пока учитель Ваймак не поторопил их освободить класс. Оказалось, они были единственными, кто до сих пор не ушёл.       Осмотревшись по сторонам, Нил заметил только пустые парты в беспорядке и напыщенно недовольного крепкого для своих лет мужчину, смотрящего на них с нежностью, контрастирующей с его тоном.       Извинившись, Нил поспешил на выход из класса и схватил Кевина за рукав клетчатой рубашки, утаскивая за собой. Уже в коридоре, когда учитель Ваймак закрыл за ними дверь кабинета на ключ и подмигнул им на прощание, Нил вытащил телефон и протянул его во всё ещё ожидающую ладонь Кевина.        — Серьёзно? — зайдя в записанные контакты в телефонной книжке, спросил Кевин. — Всего пять?       Он поднял удивлённый взгляд, но, хвала небесам, не стал комментировать, что кроме дяди Стюарта, там не было ни одного, записанного как конкретного человека. Вместо этого он долго вбивал несколько номеров друг за другом, периодически останавливаясь и вспоминая цифры.        — Я добавил себя, Эндрю, Аарона и Мэтта, остальных не помню, — сказал он, возвращая гаджет.        — Зачем они мне?       Нил старательно игнорировал мысль, что у него теперь был номер Эндрю. Почему-то это казалось чем-то важным. Не то чтобы он собирался писать — они и без подобного контактировали довольно часто.        — Чтобы если что-то случится, тебе было кому написать, идиот, — фыркнул Кевин, закатывая глаза. — Я скажу Мэтту, что дал тебе его номер. Он будет рад помочь, даже если вы не знакомы. Аарон, учитывая вашу странную вражду, не будет рад, но, насколько я знаю, у вас общий класс химии. Это может быть полезным.        — Не жди, что я поблагодарю. Или напишу кому-то из них.       Не обратив внимания на его раздражённый тон, Кевин осмотрел Нила с головы до ног.        — Я не жду, что ты это сделаешь, — снисходительно сказал он и сверился со временем. — Мне пора на тренировку. Я напишу, чтобы договориться о времени.       Дэй не дождался какого-либо ответа и быстро ушёл. Нил, поправив лямки рюкзака, чтобы избавиться от дискомфорта повреждённых нервных окончаний в левом плече, направился на следующий урок.       Ему едва удалось избежать опоздания — он зашёл в кабинет вместе со звонком. Спешно заняв своё место и разложив тетради с учебниками, Нил внимательно впитывал каждое слово учителя, когда телефон в его кармане завибрировал.       Кевин сказал, что дал тебе мой номер, — гласило сообщение от контакта с именованием «Эндрю».       Нил глупо пялился на экран в течение минуты прежде, чем написать простое: «Ага», и спрятать телефон в рюкзак.       У него было начало новой темы по математической статистике, мысли о Миньярде и о том, как потеплели его щёки от простого смс, были сейчас явно лишними.