Плохая идея

       — Покупка Манхэттена — это не настолько цепляющий факт, чтобы бросать его в начале и строить вокруг него выступление, — Нил закатил глаза и украл с тарелки Кевина дольку огурца, мгновенно пряча её в рот.       Возмущённый взгляд Дэя, перебежавший от наглых голубых глаз на сомкнутые бантиком губы Нила, настолько забавлял, что Хэтфорд начал преувеличенно жевать.        — Мерзко, — скривился Кевин, показательно морща нос.        — Я такой, — легко кивнул Нил и, пользуясь тем, что Кевин труднообучаемый, украл ещё один кусочек свежего огурчика.       Возмущения, в которых мгновенно зашёлся Дэй, были прерваны воздушным поцелуем, который послал ему Нил. Всё же Эндрю был прав: дразнить Кевина действительно очень-очень забавно.       Кстати об Эндрю.       Его вызвали на ковёр к директору из-за того, что он попытался прикрыть заболевшего Аарона на химии, но его раскусили. И это было бы удивительным, ведь все всегда продолжали их путать даже после трёх лет обучения в этой школе, если бы Эндрю не попытался подорвать их лабораторию. Учитель, как наверняка и директор, думал, что Миньярд сделал это из-за своей широко известной нелюбви к этому предмету, но, увы, ответственность Эндрю перед близнецом была сильнее, чем банальное желание шутовства. Да и Нил уже опытным путём знал, что он не способен перепутать реагенты или ошибиться в дозировке, если хоть мельком слышал инструкции. Поэтому винил себя и то, как слишком воодушевлённо рассказывал о том, как Стюарт интересовался всем, что хоть как-то связано с Эндрю и желал познакомиться с ним. Видимо, его речи заставили Миньярда переживать, и Нил об этом жалел, но не мог достаточно раскаяться. Ведь то, как хмурился и дул губы Эндрю, когда его отчитывал их химик, мистер Граймс, сначала за едва не свершённую фатальную ошибку, а после и за наглую ложь, было так забавно и так по-детски, что Нил сомневался, что вообще смог бы когда-нибудь увидеть такую мимику при иных обстоятельствах. Когда же Миньярд попытался защититься и доказать, что он сделал это не специально, мистер Граймс рявкнул на него так, что все в классе дёрнулись.        — Нил — один из лучших учеников, не смей портить его репутацию! Хватит того, что твой яд начал действовать на Аарона, — причитал учитель, явно вспоминая тот хаос, который произошёл на день рождения близнецов как раз-таки по вине Нила.       Перед тем, как покинуть кабинет в сопровождении учителя, Эндрю бросил злобный прищуренный взгляд на едва скрывающего улыбку Хэтфорда, произнося шипящее:        — Предатель.        — Репутация, — чётко, но беззвучно произнёс он, но пообещал, что соберёт вещи Миньярда и будет их беречь как зеницу ока.       Поэтому сейчас, сидя в столовой в компании Кевина, который из-за отсутствия Эндрю, видимо, решил, что Нилу будет скучно за обедом в одиночестве (вообще-то нет, но кто его спрашивал, верно?), Нил бережно держал рюкзак Миньярда на соседнем стуле, в то время как его собственная сумка лежала на полу рядом.        — Если ты действительно хочешь акцентировать внимание на ущемлении прав и прочем, то можно начать с того, что в значительной степени определяющим фактом того, чтобы индейцы получили гражданство, сыграл тот факт, что они приняли активное участие в Первой мировой войне, — хмыкнул Нил и опять попытался украсть овощи с тарелки Дэя, но потерпел крах, ибо тот отодвинул её в сторону, а длины рук Хэтфорда было явно недостаточно, чтобы сделать это достаточно красиво и при этом не упасть грудью в свою тарелку.       Надувшись, Нил ковырялся в своём гарнире и то и дело поглядывал на двери столовой, ожидая, когда знакомая фигура, наконец, войдёт в помещение. Эндрю не было слишком долго, плохие мысли невольно прокрадывались в его голову. Самым страшным наказанием, которое могло грозить Миньярду, было бы отстранение от занятий на несколько дней, но повод для этого был слишком незначительным. Так что либо директор был слишком занят, чтобы выслушать жалобу мистера Граймса, либо был созван целый консилиум для определения наказания.       Нил надеялся на первое.        — Приветики, куда вы дели Монстра? — знакомый голос заставил Нила мгновенно напрячься.       Недоверчиво он наблюдал за тем, как Элисон Рейнольдс присаживалась за столик так, будто это было её законное место.       То, как часто в последнее время Лисы сидели с ним, начинало раздражать Нила.        — У директора.        — Воу, за что на этот раз?        — Притворился Аароном на химии.       Элисон присвистнула и совершенно не привлекательно, по мнению Нила, растянула бледно накрашенные губы в смущённой улыбке, когда Дэй отдал ей свои столовые приборы и овощной салат, огурцы из которого раньше крал Нил.        — А почему так долго? Химия была когда, пару уроков назад? — ковыряясь в тарелке, спросила она, теперь уже обращаясь к Нилу, будто они были давними приятелями.       Испытывая не самые тёплые чувства к девушке — их единственное взаимодействие до сих пор оставляло неприятный осадок у Хэтфорда, — он лишь многозначительно пожал плечами.        — Всё такой же немногословный, — хмыкнула она. — Ну ничего. Мы справились с Эндрю, справимся и с тобой.        — Со мной не нужно «справляться», — выплюнул Нил, мгновенно хмурясь на то, что его так просто завлекли дешёвой провокацией.       Довольная ухмылка Элисон только подтвердила это.        — Как ты подружился с Эндрю? — спросила она, ковыряясь в салате и периодически поднося ко рту вилку, но так и не откусывая ни кусочка. — Он известен тем, что не любит людей, особенно богатых, но таскается за тобой, как пёсик на поводке.        — Он не таскается за мной, — не стыдясь внезапной агрессии, рявкнул Нил, недовольный от того, как пренебрежительно она отзывалась о парне. — Во-первых, кто сказал, что он не любит людей? Может, это просто ты недостаточно интересна, чтобы он обращал на тебя внимание. И, во-вторых, с чего ты вообще взяла, что я из богатой семьи?        — Малыш, если тебе в кайф гонять на автобусе — твоё дело, но я не слепая. Эти шмотки стоят едва ли не больше моих, уж я-то разбираюсь. И я, по-твоему, читать не умею? Твоя фамилия в списке кооператива нашего частного коллектива, Стюарт даже ходит на собрания, представляешь? Мои родители без умолку твердят о галантном англичанине, пополнившим ряды собственников пару лет назад.        — Ты говоришь так, будто Миньярды едва сводят концы с концами.        — Конечно, нет, — Элисон сморщила свой напудренный носик и фыркнула, вновь отводя ото рта вилку. — Ники не позволил бы им расти в бедности, но это не отменяет того факта, что среди нас всех у них самый низкий достаток, — она пожала плечами.       Нил, во-первых, был удивлён тем, что Рейнольдс, кажется, лично знала кузена Миньярдов, но при этом говорила так, будто деньги действительно имели какой-то вес в определении человека. Если это действительно было так, то он полностью разделял политику Эндрю в том, что богатенькие подростки — это последние, с кем стоит общаться.       Зажиточность всегда была свойственна среде, в которой рос Хэтфорд, однако это не значило, что он не знаком с бедностью. Возможно, не лично, но он более чем представляет, каково не иметь средств на банальные нужды и еду. Он знает, как выглядят голодные до тепла и простого хлеба глаза, как звучит отчаяние в нерешительных просьбах о бутылке воды или новой паре обуви. А ещё Нил видел, как Эндрю разговаривал с Алби и его людьми, как смотрел на них и прикусывал внутреннюю сторону щеки, слушая об очередных проблемах, которые неизбежно возникают из-за жизни на улице. Даже не зная о дерьмовых детских годах Миньярда практически на улице, можно было догадаться, что лишения — это то, с чем он слишком хорошо знаком.       И если какая-то богатенькая блондинка, рассекающая на розовеньком кабриолете, подаренном родителями, говорила что-то умаляющее достоинство и статус близнецов, Нил не был намерен оставаться в стороне.        — Элисон, — предупреждающе произнёс Кевин, впервые на памяти Нила звуча с плохо завуалированной угрозой.       Дэй, пусть и отдавал явное предпочтение девушке (Нил не очень понимал этого, но считал, что о вкусах не спорят. Эндрю не осуждал выбор пижамы Нила. Нил не осуждал комнату Эндрю. Нил же не будет осуждать симпатию Кевина), сейчас выглядел по-настоящему угрожающе. Впервые его рост и масса так явно чувствовались нависшим предостережением. Почему-то казалось, что он не постыдится осадить в разы более хрупкую девушку при необходимости защитить честь друга.        — Я знаю, знаю, Кев, — Элисон мгновенно вскинула руки, меняя тональность на более мягкую и даже несколько смущённую, пристыжённую. — Без предъяв, просто констатирую факт. Это странно, что нам силой пришлось пробиваться в круг доверия Миньярдов, а он, — она смазано указала на Нила, — переводится к нам в начале года, и уже спустя месяц Эндрю едва ли не заглядывает ему в рот.        — Мы уже обсуждали это, — сказал Кевин таким тоном, каким напоминают о том, что было говорено уже сотню раз, — тебя не должно касаться то, кто нравится или не нравится Эндрю.        — До тех пор, пока он не приводит их в компанию, — согласилась Элисон, — но он ведь наверняка скоро притащит его, так? Даже ты уже выказываешь заинтересованность в нём. Я просто хочу познакомиться с Нилом до того, как встанет вопрос о его присоединении.        — Хватит! — рявкнул Нил, швыряя столовые приборы на поднос с шумом. — Я слышу тебя, Элисон. Мне плевать, какого ты обо мне мнения и что ты хочешь обо мне знать. Моя дружба с Эндрю или Кевином ни коим образом не касается ни тебя, ни остальных Лис. И знаешь что? Мне нахрен не сдалось вступать в ваш клуб «крутых» ребят; я доволен тем, что имею. И если уж на то пошло, даже если Эндрю или Кевин предложит мне присоединиться к вам, повторю, если они сделают это, я откажусь. Не имея личного знакомства со всеми, хватает одной тебя, чтобы понять, что это крайне дерьмовая идея. Сложно даже представить кого-то, кто смог бы вытерпеть столько твоего бестактного отношения и высокомерия. Спасибо, как-нибудь обойдусь без этого. Неприятно было пообщаться, надеюсь, этого больше не повторится, — выпалил он под удивлённые взгляды двух пар глаз и быстро схватил рюкзак Эндрю и свою сумку.       Покидать столовую в разгар обеда — плохая идея, особенно, когда столько пар глаз наблюдают за его столиком. Эти любопытные наблюдатели-сплетники с каждым разом всё больше и больше обращали внимание на Нила и то, с кем он общается и тем более с кем ест. Элисон, присоединившаяся за этим обедом, только добавила зевак. Неприятный шепот, который теперь почти всегда сопровождал Хэтфорда по коридорам школы, непременно усилится в следующие дни, но это проблема будущего Нила.       Нынешний же старается как можно быстрее найти Эндрю и избавиться от напряжения последних нескольких часов в одиночестве. Неизвестность, в которую он оказался погружён с того самого момента, как Миньярда забрали к директору, подстрекалась фамильярными высокомерными речами Элисон, которые не на шутку злили парня.       Нилу срочно требовалось убедиться, что хотя бы у Эндрю всё шло куда лучше и спокойнее, чем у него.       Именно поэтому он оказался у кабинета директора. Это было немного неловко, когда Нил осознал, куда именно привели его ноги, но не так сильно, как было бы, если бы секретарь находилась на своём месте. Видимо, девушка отошла за кофе или какими-то документами, но на её рабочем месте её не было, поэтому Хэтфорд со спокойной совестью завалился на самый ближайший к двери главы школы стул и обнял рюкзак с сумкой. Уложив на них подбородок для удобства, Нил сначала напряжённо, будто его в любой момент могли нагнать Кевин или Элисон, чтобы продолжить разговор, а потом и расслабленно начал наслаждаться тишиной.       В административной части школы действительно было пустынно в это время. Потребовалось всего шесть минут, чтобы успокоить мысли и разбушевавшееся сердце. Нил не мог не ругать себя за бурную реакцию на чужие слова, но он так отвык от того, как именно взаимодействуют люди, что не мог винить себя в этом. Да, благодаря Эндрю социальные навыки потихоньку возвращались в его жизнь, но навряд ли полтора человека — Нил не мог считать Кевина за что-то целое, их общение было довольно сильно урезано по определённым направлениям, — такой сильный показатель адаптированности в общественную среду.       «Друзья», в его понимании, были сильно идеализированы из-за книг, фильмов и сериалов. Они не обсуждали друг друга за спиной с незнакомым человеком и не выносили проблемы на всеобщее обозрение. Нил верил, что дружба — это вторая семья, ту, которую выбирают сами люди. И он понимал, что в его мировоззрении не хватает реальных фактов и нюансов, что судить о целой группе людей по одному конкретному человеку — плохо, но Элисон была настолько далека от всего, к чему он привык, и так близка к тому, обо что он обжигался, что Нил не мог не реагировать на неё. Досада от того, что она находилась так близко к Эндрю три долгих года, пока сам Нил прятался в безопасных стенах дома, разъедала не хуже самых токсичных ядов.       И сейчас, сидя на холодных пластмассовых стульях в коридоре перед кабинетом директора, Нилу оставалось только надеяться на то, что Эндрю сильнее, разумнее и умнее его, знает, как защищаться от выпадов в свою сторону и давать им отпор.        — Чёрта с два я заставлю его сделать это! — крик Ники, так хорошо пробившийся из-за закрытой двери, заставил Нила дёрнуться.       Невольно заинтересованный, он слегка сместился на стуле, заваливаясь в бок, чтобы быть ближе к кабинету и подслушать больше. Присутствие Хэммика в школе являлось очень неожиданным фактором, объясняющим такую сильную задержку Эндрю в кабинете директора. Наверняка Ники пришлось сорваться с работы для того, чтобы приехать.        — Да, Эндрю поступил опрометчиво, едва не смешав опасные реагенты, это недопустимо на уроке химии, но почему у Вас вообще находятся настолько опасные вещества на уроках? Разве Вы не должны думать о безопасности учащихся? Куда смотрел учитель во время проведения лабораторной работы, зная, что те вещества, которые он даёт подросткам, могут навредить им?        — Мистер Хэммик, я понимаю вашу позицию, но это не единственный раз, когда за Эндрю замечается проступок, — более тихий, но не менее раздражённый голос директора звучал отдалённо знакомо для Нила, беседовавшего с пожилым мужчиной лишь единожды.        — Что бы Вы ни собирались сказать дальше, я советую вам тщательно выбирать слова для этого, — прошипел Ники так, что это весьма тонко граничило между угрозой и советом.        — Не угрожайте мне в моём же кабинете, мистер Хэммик. Мы оба знаем, что обучение Эндрю в этой школе — уступка с нашей стороны. Его поведение выходит за грани нормы, мы предупреждали вас, что один проступок, и мы искл…        — Уступка?! — перебил Ники, восклицая. — Какие грани нормы, вы вообще себя слышите? Да, раньше у него были проблемы с поведением, записи об этом есть в его деле, но ни Вы, ни я не знали его тогда, как и не знали всех фактов произошедшего, кроме этих безликих записей! За все три года обучения здесь, единственные проступки за моим кузеном: драка, неудачный эксперимент на химии и то, что он сейчас хотел подменить брата, для которого этот предмет профильный. По записям с камер мы с Вами определили, что первое — самооборона, Вы даже признали, что Эндрю поступил правильно, защитив подругу. То же, что касается последних двух «проступков» — предвзятое отношение вашего учителя к моему кузену. О, нет, прошу, дайте мне сказать. Да, с его стороны было неправильно пытаться разыграть одноклассника, но его эксперимент был совершенно безобиден. Насколько я знаю, в этом году кто-то всё же провернул это, причём успешно, в отличие от Эндрю, но я что-то не вижу, чтобы хоть кого-то отстранили от занятий химии до конца обучения, кроме моего ребёнка.        — Ваш ребёнок не только срывает занятия, но и подбивает на это других.        — У вас есть какие-либо доказательства этого, кроме слов мистера Граймса? Нет? Так я и думал. Зато у меня есть целая стопка призовых наград за конкурсы, в которых Эндрю принимал участие, проводимых в Вашей школе. И после этого Вы мне заявляете, что он — дебошир и посредственный ученик? Делаете это при нём же? Можете меня простить, но я не собираюсь мириться с этим!       Нил, который теперь откровенно подслушивал, покинув стул и прижимаясь ухом к двери, с открытым ртом слушал яростные речи Ники, поражаясь тому, как этот милый молодой человек мог звучать так грозно. Всё ещё было сложно представить, как выглядит Хэммик в эти моменты злости, но теперь слова Эндрю о том, что он более чем способен постоять за себя и своих кузенов, обретали иной вес в его разуме.        — Николас…        — Для Вас мистер Хэммик.        — Мистер Хэммик, — вздохнул директор, — я понимаю вашу позицию, но до тех пор, пока Эндрю не пройдёт курс бесед с нашим школьным психологом, я не могу допустить его до занятий.        — Я не вижу достаточное количество оснований для этого.        — Ваши дети никогда не проходят свидетельствование, которые определяет школа.        — Да, потому что у нас есть врачи, к которым мы ходим всей семьёй. Как и у половины школы.        — Но никогда до этого мы не сталкивались с подобными случаями…        — Разве? А дебош Сета Гордона в том году? Насколько я помню, он прокрался в столовую и добавил сильные седативные средства в еду общего пользования, от которого у многих наблюдались последствия в следующие дни. По тому, в каком состоянии находились все употребившие, можно было предположить, чем это «нечто» граничит с наркотиком. Только вот я не помню, чтобы Вы заставляли Гордона проходить курс терапии.       Эта новость неприятно удивила Нила. Внезапная тошнота от мысли, что кто-то так легко смог проникнуть на кухню и что-то подмешать в еду, сдавила горло. Чужое безрассудство и непонимание границ дозволенного неприятно оседали холодом в желудке. Гордон, на которого до этого Нил обращал так мало внимания, считая его скорее громким и заметным, чем опасным, приобрёл иной окрас в его глазах. Ещё один человек из Лисов, не зная толком которого, он заведомо настроен враждебно. Возможно, Нилу придётся отказаться от питания, предоставляемого школой, хотя готовить ланчи и будет весьма проблемно.        — Эндрю всего лишь хотел подменить болеющего брата, чтобы тому не поставили неуд за неявку — ещё один фактор, на мой взгляд, который вызывает вопросы: почему тому, кто заболел, ставят пропуск без шанса на пересдачу? Но да, это неправильно и неуважительно по отношению к педагогическому составу, но могу ли я винить Эндрю за то, что он пытался помочь семье? Нет. Потому ли это, что он мой ребёнок? Возможно. Но разве Вы бы не поступили бы так же на его месте?        — Никто другой не опускается до подобного! — глухой хрипящий голос мистера Граймса впервые зазвучал из-за двери. Похоже, и он до сих пор находился там не смотря на уроки в его расписании. — Мы можем и дальше разводить тут полемику, но целесообразней будет прийти к решению.        — От Вас до сих пор не поступило никаких предложений, кроме отстранения от занятий, что, как мы уже выяснили, неразумно в сравнении с проступками других Ваших учеников.        — Эндрю должен извиниться.        — Он не будет этого делать.        — Я уже это сделал, — подал голос Эндрю, который, судя по всему, находился прямо в эпицентре разворачивающейся бури.       Удивительным образом он звучал абсолютно спокойно и без какого-либо раздражения или усталости. Точно так же, как и бывает в глазу урагана. Его не трогали ни эти громкие реплики, гремящие над его ушами, ни явная вражда, царящая в кабинете. Нил легко мог представить, как Миньярд вальяжно сидит на стуле с Ники за спиной и скучающе смотрит на двух взрослых, которых один вид его незаинтересованности выводит из себя.        — Я извинился за попытку обмана, — пояснил он, видимо, для Ники, — как и за непредумышленную попытку порчи имущества школы. Но я не стану признавать всё то, остальное. Случившееся — случайность, не больше. Можете занести в моё дело, мне плевать.        — Мне не плевать, — и опять голос Ники, который на этот раз звучит более мягко, явно обращённый к кузену. — При поступлении в университет все эти записи будут иметь вес, ты не можешь лишиться хорошего будущего из-за такой ерунды.        — Не смешите меня. С его отношением, единственное будущее, которое ему светит — карьера какого-нибудь обслуживающего персонала, не контактирующего с людьми.        — Прошу прощения? — возмущённо вздохнул Ники. За секунды гробовой тишины его настроение вновь изменилось, возвращая былую ярость. — Эндрю, выйди.        — Давайте успокоимся, — попытался директор, звуча слишком устало. — Эндрю не может уйти, пока мы не решим, что делать.        — Нет, он уйдёт и прямо сейчас. Мне кажется, он довольно пробыл с Вами, выслушивая всё это в свой адрес. И так как Ваш учитель только что посмел оскорбить ещё и целую социальную группу, к которой Эндрю даже если и будет относиться в будущем, если он этого захочет, но сейчас не относится, я не намерен оставлять это так просто. Давайте присядем, я здесь надолго.       Приглушённые звуки движения сбивали с толку, не позволяя понять, что именно происходит. Нил тщетно вслушивался, прижимаясь к двери ещё сильнее в попытке расслышать хоть что-то, из-за чего чуть не ввалился внутрь, когда эта самая дверь внезапно открылась.       Вместо того, чтобы упасть носом в стёртый временем ворс ковра, Нил не менее эпично падает этим самым носом в нечто более твёрдое и тёплое, мгновенно отскакивая и глядя на шокированного таким поворотом событий Эндрю. Миньярд даже не шелохнулся, когда на секунду принял его вес.       Нил глупо моргнул, глядя на Эндрю, слишком выбитый из колеи, чтобы смущаться.       Медленно закрыв дверь в кабинет, в котором вновь начал разгораться спор, Эндрю по-птичьи наклонил голову, осматривая его.        — Ты знаешь, что плохих детей наказывают?        — Что?        — Санта не приходит к тем, кто нарушает правила. Запрет на подслушивания в этом списке.        — Санты не существует.       Громко ахнув, Эндрю напугал находящегося всё ещё в замешательстве Нила и схватился за сердце.        — Ты рушишь мои детские мечты. Я сохраню это в секрете, но не говори Ники. Его сердце не выдержит.        — С ним всё будет в порядке?       Лёгкое веселье, поселившееся в глубине песчаной равнины глаз Эндрю, пошатнулось. Закусив губу, он отвёл взгляд, осматриваясь. Найдя свой рюкзак и быстро схватив его, Эндрю крепко сжал лямки.        — Он всегда это делает.       Нил чувствовал горечь в его словах, но не смог заставить себя спросить что-либо большее. Он знал, как сильно Эндрю не любил, когда его неприятности доходили до кузена. И не потому, что это как-то отображалось на том, как Ники смотрел на него или как относился к нему. Куда больше Эндрю заботило то, сколь сильно переживал Ники, когда к его кузенам относились несправедливо.       И Нил понимал, даже разделял это чувство. Ему и самому не нравилось тревожить Стюарта проблемами больше необходимого. И если в случае с Нилом никогда не возникало проблем с тем, что он был зачинщиком, то в случае с Миньярдом Ники приходилось прикладывать куда больше сил для признания вины и установления реальных рамок зоны ответственности.        — Я сваливаю, — Эндрю закинул рюкзак за спину и слегка наклонил голову, как бы спрашивая, что Нил собирается делать с этой информацией.       Будто бы был иной вариант, кроме как следовать за ним. Нилу показалось это смешным.        — У того фильма, кажется, была вторая часть.        — Ты не прогуливаешь.        — Мне было не с кем делать это, — он слегка улыбнулся. — Стюарт вечно жалуется, что я слишком правильный. Уверен, он оценит этот бунт.        — Опасный парень, — с иронией произнёс Миньярд и закатил глаза, когда Нил подмигнул ему. — Пошли быстрее, пока Кевин не хватился, что ты сбежал с истории.

***

       — Они должны были закончить на первом фильме, — запихивая горсть попкорна в рот, проворчал Эндрю немного невнятно.       Нил согласно промычал, выключая проигрыватель и листая ленту.       Последние полтора часа были очень неловкими и потраченными в пустую, ведь вместо того, чтобы развивать сюжетную линию, которая хромала даже в первой части, режиссёры решили свести всё в типичную романтизацию явно нездоровых отношений с добавлением кучи ненужных постельных сцен. И если Эндрю лишь ворчал о неуклюжести их внешнего вида и относился к ним как к излишне вульгарной картинке, не находя главную героиню соблазнительной или сексуальной, Нил же боролся с предательским румянцем и смущением. И дело было не в том, что его глаза никогда не видели взрослых сцен или он не смотрел порно — было дело, пробовали, но чисто из интереса в попытке понять всеобщий ажиотаж вокруг этого, — просто благодаря Стюарту у Нила был весьма требовательный вкус к кинематографу, который если и предусматривал нечто подобное, оно было снято так же грамотно и эстетично, как и вся остальная картина. Комментарии Миньярда о внешности главного героя, направленной явно на нетрадиционную часть потребителя, нисколько не помогали.        — Весной выйдет третья часть, — прочитал Нил новостную ленту и отшвырнул пульт на столик. — Будто кто-то собирается смотреть это.       Фырканье сбоку звучало забавно, если учесть, что Миньярд всё ещё жевал.        — Мы.        — Неужели? — удивился Нил, бросая не верящий взгляд на Эндрю.        — Я не собираюсь один пялится на пресс Хиро Файнс-Тиффина.        — Но сюжет отвратителен.       Нил развернулся лицом к парню и хмурился, глядя на сосредоточенное лицо Эндрю, пытаясь понять, каким образом у того ещё оставались силы смотреть эту явную провальную экранизацию.       Наконец выпустив миску с попкорном из рук, Эндрю обтёр ладони о штаны и тоже повернулся, садясь полубоком. Он оставался расслабленным, каким был с того самого момента, как Ники позвонил по пути в дом Нила, чтобы осведомиться о его делах и сообщить итоги разговора с директором. В этот раз динамик телефона Миньярда не был настолько громким, чтобы можно было услышать, что именно говорил Ники, но услышанное явно успокоило то немногое шевелящееся под кожей Эндрю беспокойство, которое заставляло его дёргаться и делать лишние движения, лишая их плавной точности.        — Нил, я гей, — медленно произнёс Эндрю, каким-то образом заставляя Нила смутиться своим тоном. — Хиро — симпатичный молодой актёр с хорошим телом. Как думаешь, мне есть дело до сюжета, когда есть возможность посмотреть на него в HD-качестве?        — Э-э, нет?        — Верно, — Эндрю щёлкнул пальцами в его сторону. — Поэтому пока они выпускают эти дерьмовые фильмы, я буду их смотреть.       Объективно, Эндрю не заставлял Нила смотреть эти фильмы вместе, но он всё равно кивнул, принимая эту участь.        — Ты встречался с кем-нибудь? — внезапный вопрос сорвался с губ до того, как Нил успел обдумать его более тщательно.       Не то чтобы он не задавался им раньше, в конце концов их общение началось с приглашения на свидание, но никогда больше Эндрю не заводил этой темы. И если в начале Нил не доверял и постоянно ждал подвоха, лишь малость успокоенный тем, что Миньярд прислушивается совета друга и даёт Нилу время привыкнуть к нему, чтобы определиться с ответом, то сейчас искренне не понимал, почему не поступает повтора этого приглашения. Он не был уверен, что у него имеется ответ, ведь если так посмотреть, то всё их общение сейчас можно было бы рассматривать как свидания. Очень скромные и целомудренные, но свидания.       Согласно словарю, свидание — это запланированная встреча двух людей с целью поближе познакомиться друг с другом или провести время в компании. Именно этим они и занимаются последние месяцы, ведь так? Если Эндрю закладывал в это понятие такой же смысл, который нашёл в толковом словаре Нил, то Хэтфорд должен был извиниться за грубое отношение в самом начале и свою излишнюю подозрительность. Навряд ли Эндрю нуждался в этом, но ради собственного спокойствия, ему следовало сделать это.       В целом, Нил был готов до конца своей жизни ходить на свидания с Эндрю; они ему нравились. Вот такие, какие проходили у них сейчас. Насчёт же тех, что показывали в сериалах и фильмах — с поцелуями и сексом, — Нил очень сомневался. Секс в целом не казался такой уж приятной перспективой. Как факт того, что кто-то проникает в чьё-то тело, может приносить удовольствие? Это же целый инородный предмет, входящий в твоё тело. Даже звучит странно и отталкивающе. Поцелуи же менее неприятны, но тоже непонятны. Неужели обмен слюнями может приносить удовольствие? У него не было возможности опробовать это, но Нил не считал это такой уж потерей.        — Смотря что ты считаешь отношениями, — оторвал его от размышлений голос Эндрю.        — Я не знаю, как в фильмах, наверное? Не в таких, — он фыркнул и махнул рукой в погасший телевизор, забираясь с ногами на диван и обнимая колени.        — Тогда нет, — Эндрю пожал плечами и скопировал его позу, что выглядело довольно забавно, ведь в сравнении с Нилом, его растяжка и мышечная масса были несколько иными, что делало из удобной позы скорее зажатую. — Я ходил на пару свиданий, но обычно мы не сходились во взглядах и характерах.        — Как это было? Не сами свидания, а чувство, когда понял, что не получилось?        — Мне было всё равно, — заметив, как нахмурился Нил, Эндрю вздохнул. — Я не строил никаких иллюзий, относясь к этим встречам, как к возможности познакомиться. Обычно теми, с кем я ходил на свидания, были те, чья внешность меня привлекала. Я не знал их, они — меня. Мы просто сидели в кафе или гуляли, общаясь. Ни одно из этих свиданий не закончилось поцелуем.        — А разве так можно? — Нил удивлённо раскрыл глаза, не представляя, как это могло быть реальным.       Те немногие романтические истории, которые он читал, и фильмы-мелодрамы, просмотренные обычно в канун рождества, пестрили примерами того, что поцелуй — неотъемлемое завершение подобных встреч.        — Конечно, да, — Эндрю очень показательно закатил глаза и всё-таки изменил положение, вытягивая ноги и откидываясь на подлокотник дивана спиной. Свои ступни он юрко спрятал между обивкой спинки и бедром Нила. — Ты не должен делать то, чего тебе не хочется, даже если кто-то чего-то ожидает от тебя. Это их проблемы, — Эндрю хмыкнул.       Что же, это многое делало проще на самом деле. Не то чтобы теперь Нил вдруг захотел вливаться и в это молодёжное движение под названием «романтика», но, возможно, в будущем знание этого факта значительно упростит его жизнь.        — Также вовсе необязательно находиться с кем-то в отношениях, чтобы целоваться или заниматься сексом. Это так, к слову, — поиграв бровями, Эндрю смешно ойкнул, когда Нил напряг бедра, увеличивая давление на спрятанные под ними стопы.        — Я догадываюсь, — для большей убедительности своих слов он ещё и ущипнул тонкую кожу на лодыжке Миньярда.       Вскрик Эндрю был самым громким звуком, который когда-либо срывался с его губ. Короткий и звонкий, он был таким высоким, что пробил Нила на смех. Резким движением Эндрю легко выбрался из плена и поставил ноги к себе, с прищуром глядя на Нила.        — Не смей.        — А то что?        — Я не буду сдерживаться.       Вскинув руки в капитуляции, Нил изо всех сил сдерживал улыбку и перекатился с ноги на ногу, слегка смещаясь и подползая ближе к Миньярду, который сохранял бдительность, считая Нила слишком коварным, чтобы так легко поверить в отступление без боя. В общем-то, он был прав.       Сделав вид, что он действительно прислушался к слабой угрозе, Нил опустил ноги на пол.        — Не сдерживайся, — с ухмылкой вкрадчиво произнёс он и быстро ущипнул Эндрю за руку, скользя пальцами по плотным мышцам и ногтями царапая тонкую ткань кофты.       Болезненное шипение Миньярда сопровождалось топотом ног рванувшего на кухню Нила. Недолго думая, Эндрю побежал за ним.       Пользуясь тем, что он рос в этом доме последние несколько лет, Нил мастерски использовал интерьер и планировку, лавируя между мебелью и скользя по покрытию пола, когда понимал, что не успеет остановиться. Он звонко смеялся, когда после каждого такого манёвра из-за спины слышалась брань влетевшего во что-то Миньярда.       Скорость была на стороне Нила, как и знание местности, но он не учёл того, что Эндрю — стратег по складу ума. Именно поэтому несколько раз едва не угодил в цепкие лапы желающего отмщения парня. Пришлось пожертвовать кардиганом, за который ухватился Эндрю — Нил просто выскользнул из рукавов и, взвизгнув, поспешил на второй этаж.       Перепрыгивая по две ступеньки за раз, он очень надеялся, что сможет опередить Миньярда достаточно, чтобы забежать в свою комнату и закрыть дверь. Эндрю ни разу не поднимался на второй этаж, поэтому навряд ли смог бы быстро определить его укрытие.       Задумка удалась. Забежав в свою спальню, Нил притаился в небольшой выемке между комодом и стеной. Сложно было сдерживать смех, но ещё сложнее — контролировать сбившееся дыхание и не издавать ни звука. Пришлось накрыть рот рукой, чтобы точно не выдать себя.       Нил слышал, как медленно передвигался в коридоре Эндрю, открывая двери и осматривая каждую комнату. Сердце заходилось в трепете, когда он оказывался всё ближе. Нил знал, что эта игра не будет долгой и его скоро найдут, и с азартом ждал этого момента. Эндрю определённо будет мстить, оставалось надеяться, что не жестоко. Если он решит использовать щекотку, Хэтфорду придётся вымаливать прощение.       Хватка на руке пугает. Дёрнувшись, Нил ударился локтем о стенку комода и шикнул от боли. Он немного увлёкся детским азартом и пропустил тот момент, когда Эндрю оказался в его комнате.        — Нашёл, — самодовольно, но сбивчиво произнёс Эндрю, дёргая его на себя.       Не желая покидать убежище, Нил попытался зацепиться за что-нибудь, но под руками была только гладкая стена, деревянные стенки комода и крупный ворс ковролина. Вот-вот он должен был расплатиться за свою шалость. Решив не сдаваться без боя, он со всей силы оттолкнулся ногами от пола, но вместо того, чтобы подскочить, лишь завалился вперёд под силой тяги Миньярда.        — Блять, — прошипел Эндрю, падая следом.       Распластавшись на полу, он хмурил свой высокий лоб в гримасе боли, ведь мало того, что ударился при падении, так ещё и принял удар худощавого тела Нила, упавшего на него. Но только вот всё ещё продолжал держать за руку, будто боясь, что Хэтфорд вновь даст дёру.       Вместо того, чтобы сделать это, Нил опять рассмеялся, утыкаясь лицом в плечо парня.        — Не смешно, — проворчал Эндрю, хотя и фыркнул следом.        — Прости-прости.        — В тебе что, одни кости? Почему ты такой острый?        — Не все следят за своей массой, Эндрю, — Нил цокнул и ткнул его пальцем в живот.       Твёрдые мышцы мгновенно напряглись, но не это вызвало интерес Хэтфорда. Мягкая прослойка, которую он почувствовал, выступала своеобразным батутом, который ощущался слишком прикольно, чтобы сдержаться от ещё одного тыканья. И ещё одного. И ещё.       Рыкнув, Эндрю перехватил его руку, и её беря в плен.        — Прекрати, — рыкнул он с раздражением.       Почувствовав себя провинившимся ребёнком, Нил приподнялся, садясь на бёдра Эндрю и глядя на него сверху вниз. Для пущей жалости он даже надул губы, но Миньярд только дёрнул бровью и перехватил оба его запястья в одну ладонь, второй же начиная растирать пострадавшее при падении плечо.       Тёплые пальцы, окольцовывающие его руки, держали их крепкой хваткой так, что даже слегка дёрнувшись, Нил понял, что не сможет освободиться легко.        — Больно? — наблюдая, как гримасничает Эндрю, пристыженно спросил он и кивнул на плечо.        — Нет.        — Врёшь, — Нил покачал головой. — В ванной есть аптечка, нужно помазать, чтобы не было синяка.        — Я не умру от синяка, Нил.        — Нет, но ты будешь использовать его как оправдание, чтобы не стараться на тренировках. Кевин мне этого не простит.       Опустив руку на пол, Эндрю слегка задел ногу Нила, заставив его дёрнуться от неожиданности, и вскинул бровь, наклоняя голову. Его волосы, растрёпанные из-за бега и падения, забавно наэлектризовались в ворсе ковролина.        — Не думай о Дэе, не сейчас.        — А что не так? — скопировав его положение головы, удивился Нил и пискнул, когда его икру ущипнули.        — Ты сидишь на моих бёдрах в моём плену, — приподняв его обездвиженные руки, Эндрю потряс ими. — И я обещал не сдерживаться в своей мести.        — Вот как, — протянул заинтриговано Нил и оттолкнулся ногами, съезжая ниже по бедрам Миньярда.       Он смотрел прямо на лицо Эндрю, вновь наслаждаясь той тяжестью, которой были наполнены насыщенные золотым бликом глаза, наслаждаясь тем, как чернильные зрачки дёрнулись, а язык на секунду показался из-за губ в попытке облизать их.       Трепет сотряс его живот, пока Нил скользил всё ниже, чтобы опереться локтями по обе стороны от живота Эндрю и уложить подбородок прямо на его пресс. Теперь он смотрел снизу вверх, но каким-то образом чувствовал, что короткая шлейка поводка перетекла к нему прямо в находящиеся в плену руки.        — И что же ты будешь со мной делать? — игриво спросил он, зная, что теперь Эндрю придётся потратить чуть больше времени, чтобы дотянуться до него и ущипнуть.       Тишина, последовавшая за его вопросом, была какой-то странной и неловкой. А то, как тяжело двинулся кадык Эндрю, смущало ещё больше. Поняв, что сделал что-то не то, Нил закусил губу и почувствовал, как его лицо начало нагреваться.       Ладонь Эндрю медленно опустилась на одну из щёк, аккуратно убирая с неё волосы за ушко, поглаживая неестественные бугры старых шрамов. Нил удивлённо скосил на секунду взгляд и вернул его на лицо Миньярда, где теперь едва виднелась слабая улыбка.        — Потащу тебя с собой на Рождественскую вечеринку к Элисон.        — Что? Нет!        — Да, — мягко ущипнув его за щёку, Эндрю выпустил руки Нила из хватки и довольно потянулся на полу. — Иначе я буду щекотать тебя до тех пор, пока ты не начнёшь умолять остановиться.        — Это шантаж, — Нил нахмурился.        — Он самый, — кивнув, Эндрю уложил свои ладони ему на плечи, мягко поглаживая большими пальцами шею.       Нил заметил тот момент, когда Эндрю коснулся ещё одной неровной части его кожи, самого начала большого шрама, прятавшегося всё это время под одеждой, но не почувствовал ничего, кроме спокойствия и мурашек удовольствия от лёгких прикосновений.        — Она устраивает её за день до Рождества, соберётся много людей помимо Лисов. Мэтт хочет с тобой познакомиться.       Нил поморщился и отвернулся, вспоминая, как буквально этим днём доказывал Рейнольдс, что не станет общаться с ними и присоединяться к их компании. Будто прочитав его мысли, Эндрю слегка дёрнул рыжую прядку волос, привлекая внимание.        — Элисон даже не заметит, что ты там. Мы сможем уйти в любой момент.        — Не уговаривай меня.        — Если это «нет» потому, что ты действительно не хочешь, я больше не подниму эту тему, но если из-за того, что ты боишься, я хочу настоять.        — Почему?        — Я хочу, чтобы ты был там, — Эндрю сказал это так легко, будто не было ничего проще.       Но это откровение выбило из Нила всё сопротивление. Необъяснимо, ненормально, но оно было так. Будто факт желания Миньярда видеть его среди своих друзей, был самым желанным подарком. Нилу срочно нужно было переосмыслить силу влияния Эндрю на него и его решения.        — Я подумаю, — пробубнил Нил и откинул голову, требуя возобновить манипуляции со своими волосами и шеей.