Очушительные приключения Хуана неизвестно где

Как только Хуан с Юном вышли из города, Хуан задумался, зачем он вообще это сделал и, собственно, что делать сейчас? У них нет ни дома, ни знакомых, даже еды они толком не купили. Да и денег Хуан в карманах не отыскал, в самом городе тоже. Он яро захотел сейчас найти этого Аяме и сказать ему, какой же он мудак и ублюдок, даже не сказал, куда Хуан вышел. Но сейчас не оставалось ничего, кроме как плестись по тропинке в надежде найти хотя бы кого-то. Спустя несколько метров Хуан и Юн вышли на более большую и чёткую дорогу. Хуан обрадовался хоть какому-то прогрессу, ведь если есть эта дорога, значит, есть ещё что-то, куда она приведёт. Как только Хуан вышел на неё, то увидел, что впереди едет повозка. Это дало большие надежды, и он замахал рукой, чтобы люди в ней остановились, это сработало, и повозка стала останавливаться. На ней был товар и, собственно, хозяин товара. Хуан подумал, что он что-нибудь скажет, но после минуты молчания взял инициативу на себя. — Доброго времени суток — поприветствовал он, — могу поинтересоваться, куда Вы направляетесь? — мужчина ответил что-то, что именно Хуан не расслышал, ведь ему это и не нужно. Осталось только добиться ответа «да» на вопрос о том, можно ли поехать с ним и дело в шляпе. — О — Хуан изобразил явное удивление — нам с моим сыном — может быть «сын» вызовет большее сожаление — как раз туда и надо. Не подвезёте, господин? — мужчина кивнул, и Хуан с Юном забрались в повозку. У Хуана не было в планах с кем-то разговаривать (а в особенности — с Юном), но мужчина после нескольких минут молчания сказал. — А что Вы, господин, делаете в этом лесу со своим…эээ…сыном, верно? Просто Вы очень молодо выглядите. — Сохранился — гордо ответил Хуан. Конечно, сказать, что он молодой отец было бы менее лживо, ведь ему всего-навсего девятнадцать лет, но, если сказать, что сыну примерно семь, как он на это отреагирует. Хуан задумался, есть ли на свете люди, занимающиеся сексом в тринадцать-двенадцать лет. Немного подумав, он понял, что это очень глупо и никакому школьнику это в голову прийти не должно… Правда ведь? Нет таких? Но он бы мог сказать, что ему, например, двадцать четыре, но это вновь будет ложь. Что же, раз сказать правду ему не суждено, значит, он «сохранился». — А что я тут с сном делаю… Эх, не спрашивайте. Долгая история. — У нас есть много времени, господин. — подметил мужчина. Хуан помрачнел, снова врать придётся что ли? Но он к этому вполне привык, как будто в своей повседневной жизни он говорил лишь правду. Если ему было с кем поговорить, конечно. — Кстати, вам повезло, теперь зачастую этот лес теперь пустует. — Пустует? — прервал его Хуан. — Это почему же? — самый нужный вопрос в жизни Хуана. Не оставит же этот тип парня без объяснений, заведя тему. А может, он просто хотел показать заинтересованность. Но с этим пора кончать, ведь Хуан ни капли не заинтересован. — Говорят — пустился в пояснения мужчина — в этом лесу поселился злой дух, все дела…но как бы это не дух, а монстр, но как бы это не монстр и не дух, а вообще непонятно кто — тот, видимо, сам не очень осведомлён в этой теме, но Хуан тоже не горел желанием всё разузнать. — И ещё он, мол, людей есть и всё такое. — Поня-ятно, — скучающе протянул Хуан. — Больше ничего не знаешь? — Нет. — Ясно. — вот и поговорили. — А что…хм…а где этот недо-монстр-недо-дух-и-ещё-что-там-я-не-помню? — Вы хотите туда отправится? — мужчина негодовал. — А как же Ваш сын? — Хуан задумался. Точно. Юн. Он о нём совсем забыл, ну что ещё ожидать от столь непримечательного человека. — Э-э… — разговор зашёл в совершенно ненужное русло, что очень огорчило Хуана. — Ну это нужно Юна спрашивать. — Хуан обернулся к нему и ждал слов, совсем забыв, что Юн немой. — Так что — заговорил Хуан, обращаясь к Юну, — ты-то что делать будешь? Юн молча показал на него пальцем. Хуан кивнул и сказал мужчине. — Он идёт со мной. Так где эта чудо-тварь? Мужчина прокомментировал это как «рискованно», но всё же показал им тропинку. Хуан спрыгнул с повозки, утащив с собой Юна и уверенным шагом пошёл по тропе, которая с каждым метром становилась всё хуже и запущеннее. Видимо, люди одумывались и сворачивали назад. Но Хуан спокойно и размеренно шёл вперёд, не очень-то и обращая внимания на пугающегося от каждого шороха Юна. Потом тропинка и вовсе пропала. Хуан остановился и первый раз за это время посмотрел на Юна. Он ничего не сказал, а снова пошёл вперёд. Юн послушно плёлся за ним. Преодолев совершенно небольшие заросли, двое вышли к маленькому озеру, на берегу которого стоял дом. — Что скажешь, Юн? — Хуан обернулся на мальчика. — Может, это и есть жилище того самого злого духа? — последние два слова он произнёс с явным сарказмом в голосе. — Ладно. Не зайдём — не узнаем. Подойдя ближе, они увидели, кажется, голую женщину с ребёнком на руках, сидящую на крыльце дома рядом с озером. На духа она была не похожа, но Хуан в целом не знал, как выглядят духи и какие у них признаки. Насчёт знаний Юна он сомневался побольше своих, да и если бы Юн знал, то точно не сказал. Хуан не нашёл лучшего выхода из ситуации, как подойти ближе к женщине и спросить её. На полпути он остановился, задумавшись о её комфорте, но потом продолжил идти как бы невзначай. — Добрый вечер…кхм…юная госпожа, — поприветствовал Хуан, приподнимая уголки губ. — Я думаю, это слишком странная просьба, но говорят, что в этих краях обитает какой-то там злой дух. Собственно, мне большего и не рассказали. Эээ…это, может, взаправду неуважительный вопрос… — Ого — женщина оборвала его. В её «ого» не было ни капли удивления, будто с ней это случается каждый день — сюда и такие молодые люди приходят. Что ж, это я. И вовсе я не дух, просто жители ближайших поселений слишком любят выдумки. — Аа… Оо… — Хуан потерял всё когда-то существующее красноречие. — А откуда это всё пошло? — женщина пару минут молчала и это выражало большее удивление, чем её «ого». — Честно говоря, Вы первый, кто решили задать этот вопрос. — она улыбнулась и встала. На ней сразу же появилась одежда. — Пройдёмте за мной в дом. Думаю, там будет более располагающая обстановка для разговора. — она открыла дверь и облокотилась на стену. — Кстати, может, нам стоит представится? Я Веики Кисаауэн. Приятно познакомится… — Сюин Хуан. — Сюин Хуан. — женщина кивнула и показала на Юна. — А его как зовут? — Юн. — Хуан, представив его, зашёл в дом вслед за Кисаауэн. — Так что выдумали жители? — Ах, какой Вы любопытный. — Веики быстро зашла в комнату и вышла оттуда, но уже без ребёнка, который минуту назад мирно спал у неё на руках. — Додумали, что я убиваю людей и ем их. И всё. — она пожала плечами. — Хотя я никогда в жизни людей не ела и не собираюсь. Они сами иногда умирают от моих рук. Хуан хмыкнул. Очень хорошая замена «я их убиваю». — На что Вы намекаете, госпожа Кисаауэн? — Хуан скрестил руки на груди. — А я на что-то намекаю? Нет. Я просто констатирую факт — люди иногда умирают из-за меня. И я даже не про то, что я их убиваю. На что мне это? Тут нужно чуть глубже капнуть. И Вы, господин Сюин, мне не поможете с этим ничем. — А если помогу? — Вы пьёте вино? — Пью. — Прекрасно. — женщина достала пару пиал и налила вина. — Но даже из-за того, что Вы пьёте вино, ничем помочь не сможете. Или Вы настолько просвещённые и умете снимать проклятья двухсотлетней давности? — А вы расскажите, в чём это заключается. — Хуан сел за стол вслед за Веики. — Я не могу касаться людей, которые не любят меня искренней любовью. Их это тоже касается. Если человек меня ненавидит и коснётся меня, даже случайно, умрём мы оба. — А как же тот ребёнок…? — Её мне подкинули. Я не знаю кто. Проснулась ночью от детского плача, вышла на улицу, там она лежит. Видимо, посчитала меня за свою мать и, схватив меня за руку, осталась в целости и сохранности. Как и я. Но я не удивлена, что её кинули именно мне, монстру-который-питается-людьми. Был бы мальчик, тогда бы удивилась. — Понятно. То есть, любовь должна быть совершенно любая, да? — Да. И как муж любит жену, и как ребёнок любит родителей, и как брат любит сестру. Главное искренне. Собственно, Вы поняли, господин Сюин. — А тот, кто вас проклял, жив? — Хуан, имея в этом небольшие познания, которые и то были рассказаны его младшей двоюродной сестрой, решил хоть как-то разобраться. Может, он сможет чем-нибудь помочь, а если не сможет, то хотя бы утихомирит своё любопытство. — Уже как двести лет лежит в могиле. Отец моего жениха. Перед свадьбой проклял меня и отменил всё. Единственное, что я помню из того и нескольких последующих дней, так это то, что я плакала. — женщина выпила вина. Хуан решил промолчать, ведь ответить ему и нечего. Он с проклятьем сталкивался, но всего лишь один раз. Да и справляться с ним ему не пришлось. Кисаауэн продолжила. — Ну, я пока что отлично живу и так. Почти без социума. Думаю, стараться мне помочь не стоит, зря силы потратишь. — Я попробую Вам помочь, госпожа Кисаауэн. — Хуан встал и немного поклонился. — Но точно не сейчас. Слишком маленькие познания и сам я не очень развит в этом деле. — он взял за руку Юна и, быстро попрощавшись, ушёл.