Позор подумавшим дурное / Honi Soit Qui Mal Y Pense

      Замок постепенно становился похож на магазин товаров для праздников перед Рождеством, поскольку Хагрид и некоторые другие сотрудники и преподаватели явно пытались отвлечь обитателей от мыслей о блуждающем по стране повернутом на геноциде маньяке. Гермиона была спокойна и готова завершить осенний семестр в ближайшие пару недель, и сейчас бодрым пружинистым шагом двигалась навстречу обеду. Где-то впереди нее сплетничали семикурсники.       — Как еще она может попробовать, что такое настоящий волшебник? — грубый мужской хохот указал Гермионе на двусмысленность намека. — И ты знаешь, каковы маглы, они этим занимаются со всем, что движется. Словно собаки в течке.       Гермиона закатила глаза. Оскорбления в адрес маглов становились все хуже с ростом влияния Волдеморта.       — И точно, у нее мало шансов с волшебниками ее возраста, а? Боги, можешь себе представить, если волосы у нее внизу так же ужасны, как и наверху?       “Как утонченно”, — подумала Гермиона. “Мальчики-подростки одинаковы, течет ли у них в венах магическая кровь или нет”. Она жалела ту, кто стал последней жертвой пошлых шуточек, и благодарила Нимуэ, что сама слишком скучна для их внимания.

_________________________________

      Занятие с профессором Снейпом вечером в среду быстро приближалось, и Гермиона дочитала две книги по ингредиентам для зелий. Она начала получать удовольствие от индивидуальных уроков, так как профессор воспринимал ее идеи с уважением и она могла продвигаться в собственном темпе. Вдобавок ее реакция на его голос прошлым вечером. Она начинала подозревать, что немножко запала на учителя. Что было нормально, у нее случались увлечения и ранее, они длились несколько месяцев, а потом затухали. И это профессор Снейп, в конце концов, значит, он вскоре скажет ей что-нибудь ужасное, и так все закончится.       Проходя последний оборот винтовой лестницы в подземелья, Гермиона готовила свои мысли к проверке. Она добралась до кабинета, обнаружила открытую дверь и, войдя, увидела стоящего профессора.       — Добрый вечер, Грейнджер. Как поживает ваш ослабленный интеллект?       Гермиона одарила его легкой улыбкой.       — Здравствуйте, профессор, — она подвинула стул к столу, и, как и раньше, тот отозвался на ее прикосновение, выровнявшись и создав подушку. — Я дочитала две книги про ингредиенты, и мне любопытно, почему вы их выбрали. Наверняка же мне не потребуется очень часто подготавливать ингредиенты самостоятельно? Разве не все поставляется из “Слизня и Джиггера” или из “Тимофиллов и Поганок” в Хогсмиде?       Профессор поднял бровь в безмолвном вызове.       — Ну, я уверена, существуют какие-то редкие ингредиенты, — продолжила Гермиона. — Но для зелий, что мы делаем в классе, нужны ингредиенты с минимальной подготовкой, только снятие кожуры и нарезка, и этого достаточно. Я полагаю, тщательная подготовка может быть чуточку более эффективна, но если результат достижим в любом случае, не думаю, что вся лишняя работа имеет значение для средней ведьмы, — Гермиона копалась в сумке, пока говорила, и добыла оттуда свиток пергамента с заметками по “Marché aux Puces” и “Сам убил, сам сварил”. Профессор Снейп подвинул к ней свой письменный прибор и затем откинулся в кресле.       — Загнаны в угол простым упражнением по экстраполяции? Не всем дано быть умными, я полагаю.       Гермиона сузила глаза, сосредотачиваясь, и покрутила в руках воронье перо для письма.       — Я знаю, что некоторые зелья могут быть важнее… но только очень сложные медицинские, и наверняка их лучше приобрести в Святом Мунго… — она подняла глаза на профессора и обнаружила, что все его внимание сосредоточенно на ней. Девушка опустила взгляд, стараясь не покраснеть от внимания. — Я имею в виду, вы же не захотите использовать просроченные ингредиенты в аконитовом зелье, но опять же, большинство и не варит его для себя в любом случае…       — Нет, не варит. Судя по всему, требуется наглядная демонстрация. Мы с вами приготовим вместе зелье, не включенное в учебный план. Одно мы сварим из ингредиентов, купленных в упомянутых вами заведениях, а затем мы самостоятельно добудем все возможные ингредиенты для другого.       Гермиона села ровнее и наклонилась вперед, положив предплечья на стол.       — Ой, я бы с радостью сварила зелье с вами! Спасибо!       Профессор выглядел сконфуженным.       — Хм. Пока вы кого-нибудь не задавили своим энтузиазмом, следует осознать: я ожидаю, что вы изучите зелье, составите краткое резюме, какие ингредиенты мы можем подготовить сами и как это сделать, и потратите несколько часов на варку, — он сложил руки на груди, будто бы только что выиграл спор.       — Конечно. — Профессор Снейп выглядел довольно удивленным ее охотным согласием. — Что мы будем варить? Когда мы сможем начать? Я могу приступить уже завтра, если пропущу обед, — перо замерло, готовое записать его ответы.       В ответ на ее неколебимый энтузиазм профессор Снейп не смог сдержать легкую улыбку.       — Нам стоит выбрать сложное зелье с множеством характеристик, так по его малейшим оттенкам мы сможем оценить влияние ингредиентов более высокого качества. Однако мы хотим нечто безобидное, за чем можно безопасно наблюдать. К тому же это должно быть что-то, что вы не варили ранее. Нет смысла позволять вам почивать на лаврах, — он нахмурился, глядя на нее.       — Я думаю, вы только что признали наличие у меня лавров в зельеварении для почивания на них, — Гермиона улыбнулась, и одновременно с этим она увидела призрак ответного кивка от строгого волшебника напротив нее. — Итак?       — Амортенция. Вы с ней знакомы?       Ее глаза расширились.       — Любовное зелье? — спросила Гермиона. — Знакома, но исключительно с его репутацией. Однако любовные зелья не разрешены в Хогвартсе. — И профессор Снейп только что предложил ей сварить одно из них вместе? Двусмысленность возникла сама собой.       — Благодарю богов, что не разрешены. В этом замке есть обитатели, которых никто не должен видеть in flagrante. И мы не будем пробовать или распространять ее. Но, как вы знаете, амортенция пахнет по-разному для каждого, и таким образом мы сможем догадаться о качестве зелья без необходимости пить или подвергаться любым его эффектам, — профессор Снейп увлекся и тоже подался навстречу ей. — Добротность обоих зелий будет очевидна на качественном уровне — мы сможем различить больше ноток в аромате у одного, нежели у другого.       — Ох, идеально! Я всегда задавалась вопросом, чем она будет пахнуть для меня. Я начну составлять лист ингредиентов сегодня вечером, — Гермиона сделала несколько пометок в своем свитке и затем снова подняла глаза.       Их лица находились на расстоянии примерно фута через стол. Профессор Снейп выглядел весьма эффектно, и не только из-за света факелов. И кожа на его лице казалась мягкой.       Да, он ей определенно нравится.       — Сэр, если я могу спросить… вы не замечали никакого аномального поведения? — она опять вернулась к привычке прикусывать губу.       — Замечал.       Сердце Гермионы застучало сильнее, пока он не продолжил с унылым выражением:       — Но ничего от вас, Грейнджер. Вы больше, чем ваши мозги. И ваш мозг функционирует лучше, чем большинство мозгов будут когда-либо. — Гермиона наградила его широкой расслабленной улыбкой и начала собирать книги. — Со временем из вас мог бы выйти отличный ученый.       — Спасибо. Я обещаю не говорить никому, что вы сделали комплимент гриффиндорцу.       Снейп фыркнул. Это почти можно было назвать смешком.       — Если хотите, возвращайтесь завтра вечером поработать над зельем, — он избегал смотреть ей в глаза.       Она взволнованно хлопнула в ладоши.       — Ох, я приду! Увидимся тогда с вами. Спасибо, сэр! — девушка придвинула стул обратно, понаблюдала, как исчезает подушка и укорачивается ножка, и ухмыльнулась. После она направилась на выход, повернулась у двери и помахала ему. — Хорошего вечера, профессор.       Он таращился на дверь несколько минут, но видел только место, где Гермиона только что стояла.

_________________________________

      Северус Снейп сидел в кабинете, слишком рассеянный для проверки сочинений первокурсников. Четыре вечера подряд индивидуальных занятий со студентом? “Становишься мягок, Снейп”, — подумал он. Вскоре он будет предлагать стать наставником.       Наставлять Гермиону Грейнджер, однако, было бы не слишком плохо. Умная, зрелая, магически одаренная, храбрая, честная, трудолюбивая… и как бы он ни предпочитал притворяться, что не заметил, после прошлого вечера стоило признать, что она симпатичная. “Кажется, слово, которое ты использовал, — «ошеломительна»”.       И она так горела желанием поговорить с ним, уважала его мнение. Тешила его эго, вот и все.       Но он с нетерпением ждал возможности варить с ней зелье, у него так долго не было компетентного напарника.

_________________________________

      Добравшись до портрета Полной Дамы, Гермиона заметила, что гриффиндорский страж неловко ерзает в раме. Полная Дама вздохнула при виде Гермионы, сказавшей “Орфей”.       Гермиона шагнула в общую гостиную, и вокруг внезапно стало тихо. Ей показалось или некоторые из студентов уставились на нее? Она глянула вниз, на мантию. Ни пятен, ни дыр. Она осмотрела комнату, но другие студенты вернулись к своим занятиям, и девушка направилась наверх, в спальню. В гостиной снова стало шумно, пока она поднималась по лестнице, но разум Гермионы был уже занят подготовкой ингредиентов для амортенции.