Секрет Рыцаря

Маленький секрет бывшего наблюдателя в том, что ему нравилось уехать из города, в комендантский час, к никому неизвестной прорехе в куполе. Просто нравилось, без глубоких мыслей и смыслов. Далеко от цивилизации, алгоритмов, слежки и всех. Просто приехать и забавы ради кинуть в “окно” покрышку, наблюдать, как агрессивная среда за куполом её уничтожает. Единственное, чего многие не знали, причина, почему путешествие в места отдалённые от любых поселений, опасны, не какие-то медведи и тигры. В этих местах водились твари пострашней. Мутация то или что иное, не так важно. Важен результат — вдалеке от цивилизаций правили мутанты: больше, страшнее, опасней и злее любого грозного хищника. И почему-то о них на уроках природоведения никто не говорил. Вспоминая своё первое знакомство с этими тварями, Кавински был рад остаться тогда живым. А в другой раз он прихватил ружье более грозное, чем какое-то пистолет. Но вот оставленные тела предпочитал обойти широкой дугой. И каждый раз они исчезали оставив только кровавые следы и грязь. Предположить, кто или что уничтожало их, не хотелось. Как и встретиться лицом к лицу с этим нечто. Мутировавших куриц Винсу за глаза хватало. Оставивший свой внедорожник, недалеко от укромного места, Винс закинул за плечо ружье. С неудовольствием оглядывая тесно растущие деревья, он всерьез подумывал прихватить с собой однажды Радана и пару топоров с лопатами. Вырубить и выкорчевать для себя тропинку деревьев. Для его этой машины проехать было невозможно. Но пока он об этом только думает. А сейчас, покрепче взяв обрез, Кавински пошёл к своему месту. Прогулки тоже были неплохи, а покидаться он и камнями может. Внимательно всматриваясь в тени и вслушиваясь в шелест крон и травы под сапогами, наблюдатель был готов к любой неожиданности. И очень чутко доверял завозившемуся в подозрении чутью. Лес сегодня был подозрительно тихим и никто не торопится его сожрать. Неторопливо шагая по чаще, не доходя до своего места ста метров, он услышал чавкающий звук под сапогом. Винс, наученный опытом, фонарика не включал — свет тварей привлекает не хуже мотыльков. Но с собой фонарик он, конечно, носил. И странная лужа, в лесу, где дождя не было за последнюю неделю, вызывала подозрения. Чутье не ошиблось. В свете фонарика, направленного строго вниз, он нашёл труп. Труп этой мутировавшей курицы. Отступив из лужи крови, Винс скривился, зашипев: — Мерзость… Хотел уже и уйти, но взгляд, острый, выверенный, зацепился за крайне странную рану твари. Ровный, точный срез. Кавински, конечно, не рисковал идти на этих птиц с холодным оружием. Он вообще предпочитал более практичное, огнестрельное. Но кто тот безумец, что пошёл на этих тварей с… мечом? Может быть мачетой. Он знал всего пару человек любивших это извращение. Инспектора Войда и его воспитанника Калеба — первые из тех немногих, чьи лица сразу всплыли в памяти. Но он не готов утверждать их причастность. Что бы им делать настолько далеко от города в какой-то глуши? Что-то здесь не так. Что-то, что вызвало в Кавински редко поднимающий голову интерес. Он не мог упустить возможности его утолить. Облизнул пересохшие губы, чувствуя очень интересную, чужую, тайну, наблюдатель ощутил азарт. Азарт стать мишенью не только тварей, но и безумца с мечом на перевес. Как он мог устоять? Определённо не мог! Чутко следя за окружением, Кавински быстро нашёл след сапог и крови. За ним нашёлся и следующий труп. Ещё. И ещё. Некто проложил целую тропу изрубленных трупов мутантов и крови. И наблюдатель не мог сказать, что не чувствует мандража перед неизвестным, даже не зная кто это. Но он точно знает, что это один человек. Тяжёлый след ботинка был единственным. Только он и неизвестный шли этой кровавой тропой. Когда слуха наблюдателя коснулись знакомые крики и характерный шорох перьев мутантов, Винс быстро убрал фонарь и приготовил обрез. Стоит ли ему найти знакомства с неизвестным? Он уже казался очень интересным человеком. Притаившись за высокими кустами и стволами широких деревьев, Винс замечал мелькающие тени тварей. Неслись в одном направлении. Все, кого он замечал. За криками и грохотом, кажется, он слышал свист. Перебегая от укрытия к укрытию, его зрение поймало странный отсвет. Блик. Подозрительно похожий. Внутри завозились подозрения из невероятных. “Не может это быть он…” Подойдя предельно, опасно, близко, Кавински рискнул высунуть нос из укрытия… и окаменел. Едва слышно жужжали антенны ушных имплантов. Блик от диодов падал на металл странной экипировки. И тонул в густой крови на мече. Шаг за шагом, он танцевал. Ловко ускользал от смертоносных атак. Легко крутил меч. Срубал головы и лапы. Шаг. Удар. Глухой стук грузного тела. В свете летевшего рядом петта, с резкого выпада меча слетает густая кровь. Винсы дрогнул заметив блик притаившийся птицы за спиной комиссара. Дернулся, голос встал комом. Резкое движение руки. Полетела голова. Упало ещё одно тело. — Последняя угроза устранена. — весело отрапортовал петт-ассистент. Дейв даже не обернулся. Стоя спиной к твари, срубил ей голову. И не шелохнулся, когда труп упал у его ног. Безразлично смахнул с лезвия меча кровь. И вложил в ножны на поясе. Наблюдатель готов поклясться перед алтарем церкви Алы и Терры, что кожей чувствует могильный холод от этого человека. И вовсе не уверен, что знает его. Но уникальный петт-ассистент не даст ошибиться — он встретил комиссара Дейва. Мозг бешено заработал, перебирая всю возможную информации о человеке, что порубил с несколько десятков тварей, и прогулочным шагом уходящий в непонятном направлении. Самая загадочная личность империи. Возникший из ниоткуда. Не успев стать комиссаром, обзавелся, уникальной конструкции, петтом. В рекордные сроки поднялся от обычного работника до комиссара. И легко, играючи, получил определённую известность и уважение. Непримечательный, молчаливый, трудолюбивый, законопослушный, исполнительный комиссар. Идеальный гражданин. На первый взгляд. Винс сразу понял, что нет. Конечно, общественность не знает подноготной. Они знают приятного, уступчивого и доброго комиссара Дейва, чья работа ставится в пример по исполнительству, качеству. Такого комиссара знает общественность. Кавински знает человека, который учился управлять скутером в процессе гонки и выиграл. Знает человека легко согласившегося на незаконные делишки. И безупречно с ним справившегося. И знал, что этот человек едва ли знал город, чтобы так безупречно выполнять его поручения. Конечно, во всём этом есть заслуга петта. Но петт только помощник исполнителя. Кавински с самого начала знал, что Дейв лошадка тёмная. …Но не смел подозревать в нём того, что узнал в эту ночь. Завороженный, зачарованный, он следовал по пятам. Держал дистанцию, понимая, какое расстояние стоит удерживать, чтобы петт его не заметил. И без единой догадки и предположения следовал за Дейвом. Он никогда не лез в чужие секреты. Но здесь и сейчас у него не было сил остановить себя. И он шёл. Не издавая и звука. Без единой мысли. След в след за человеком загадкой. Когда заканчивалась черта леса, Винс не смог выйти за неё. Страх или просто опасения, а может паранойя, но ему чудилось дыхание смерти в затылок от мысли, что его поймают. Знает ли он этого человека настолько, чтобы утверждать, что ему не отсекут голову, как тем курицам, за слежку? Что-то внутри убежденно твердило, что Дейв так не поступит. Но ноги так и не двинулись с места. Пока силуэт комиссара не растворился в густой тени заброшенного ангара. И тень смерти растворилась вместе с исчезнувшим в тенях человеком. Кавински сглотнул ком в горле, вдохнув полной грудью. Даже не заметил, как дышал через раз. И как будто отрезвел, вдохнув ночного воздуха лиственного леса. Ему причудилось, что сам лес боялся шептаться кронами, пока по его тропам шёл этот человек. Нервно хмыкнув от абсурдности собственных мыслей, наблюдатель неловко ступил на поляну. Мгновение помедлил. И не заметив признака скорого возвращения Дейва, поторопился перебежать к обветшалым стенам. Притаился и вслушался. И не был готов услышать нечленоразделенный шум, казалось, над самым ухом. Дрогнул. Заозирался. Но так никого и не нашёл. В этой глуши ни души. А шепот не смолкал, был неразборчивым и многоголосым. “Может, Дейв вступил в культисты? Недавно же их вербовали…” Осторожно подкрадываясь к дверям ангара, кавински высунулся… И никого не увидел. В пустом, брошенном, разбитом и сгнившем ангаре стояли столы и странного вида пьедесталы с такими же странными… сооружениями. Винс ещё раз огляделся. Действительно, в ангаре, освещенном лунным светом, сквозь дыры в потолка и стенах, никого не оказалось. “Ушёл что ли…?” Только он хотел войти в ангар, когда заметил движение: из одного из сооружений вышел Дейв. Перепуганный наблюдатель был готов еще раз поклясться, что его там только что не было! — Ингредиенты для рецепта добыты. Куда дальше? — весело говорила Райя. Винс не ждал услышать Дейва. — В сумеречный лес. Растерянно оглядев лес перед собой, Винс совершенно не понял о чем речь. И рискнул еще раз подсмотреть происходящее. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как комиссар прыгает на пьедестал и исчезает! А петт щучкой ныряет следом. И ни звука. Ничего. Потерев глаза, Кавински не понимал, что произошло. И уже не мог стоять за стенкой, осторожно вошёл в ангар. Бегло огляделся, не выскочит ли Дейв вдруг из какой дыры! И осторожно подошёл к месту, куда прыгнули двое. И увидел клумбу усаженную цветами, с импровизированным колодцем, глубиной буквально метр. Глупо хлопая глазами, наблюдатель уже не был уверен в трезвости ума. Совершенно нет. Ещё раз огляделся. Ангар пусто нагнетал. Кавински решил обойти другие пьедесталы. Еще один… колодец? Раза в два больше. И с чёрной, почему-то искрящейся жижей. И какая-та рама в которой буквально горит огонь. Под светом фонаря, Винс смог признать обсидиан. Горящая рама обсидиана. Из которой он слышит тот самый, грёбанный, шопот. — Поздравляю, Кавински. Ты едешь крышей.