В ритме корриды

- Блять! - чуть было не выругался Дима после того, как его брюки, куртка и очки были обрызганы мелкими капельками грязи. Но тут же осознав, что перед ним дочь, Позов проговорил: — Сколько раз мне ещё сказать тебе, чтобы ты не прыгала по лужам?   На него посмотрели два маленьких глазика, уже наполняющихся слёзками. И Дима осознал, что он никогда до этого не был раздражительным, никогда не кричал на дочь, но за последний год всё изменилось. — Прости, Савин, — тут же проговорил мужчина, осознав свою неправоту, — давай ты будешь аккуратнее?    Девочка мгновение смотрела на отца своими карими глазами, но потом вяло улыбнулась и пошла вперёд. Ей тоже было тяжело, год назад она лишилась мамы. Им обоим было тяжело, они пытались с этим справиться, но безуспешно. Разговоры, слёзы, бессонные ночи стали чем-то обыденным для них обоих.     Среди всего этого хаоса жизни Дима решил исполнить одну из мечт дочери — бальные танцы. Знакомая его мамы подсказала тренера, и этим сентябрьским вечером они шли на первое занятие. Наверное, стоит сказать пару слов про тренера. Со слов знакомой, это был невыносимый человек. Грубый и строгий, от него сложно было добиться похвалы или даже завести разговор. Но компенсировал он это тем, что готовил чемпионов первой величины. Долго разговаривая с дочерью на эту тему, они добились того, чтобы Савина не воспринимала слова мужчины всерьёз и тем более не боялась его.    Перейдя дорогу на одном из перекрёстков, Дима в который раз задумался о жизни. Конечно, двадцать шесть лет — молодой возраст, чтобы ещё вообще думать о ней, но всё же... Дочь шести лет, умершая жена и нерождённый сын — всё, чего он пока добился в жизни. Ах да, ещё и на работе проблемы, похотливый начальник и возможное увольнение.     Пока Позов думал о жизни, они подошли к дому творчества детей и молодёжи (ДТДиМ). Серое здание, недавно прошедшее косметический ремонт. Открыв тяжёлую дубовую дверь и пропустив дочь вперёд, Дима вошёл сам. Не успели они пройти и двух шагов, как вдруг раздался писклявый, пронзительный женский голос:  — А вы куда?! — В секцию по бальным танцам, — опешив, проговорил Позов, чуть ссутулившись. — А сменку или бахилы?! — пищала вахтёрша.  — Мы тут первый раз, я не знал... — Теперь знаете, — женщина села обратно в своё кресло и заткнулась.     После этого короткого диалога отец посадил дочь на скамейку, надел ей новые бальные туфли бежевого цвета, а сам нацепил себе на ноги два ярко-синих бахила. Уточнив дорогу у вахтёрши, Дима увидел перед собой парадную лестницу огромных размеров с чугунными перилами, которая вела на второй этаж, в концертный зал. От концертного зала отходили две не менее красивые маленькие лесенки на третий этаж. Поднявшись, Позовы вошли в пустой просторный зал П-образной формы. С правой и левой стороны были два затемнённых угла (видимо, ребята там и переодевались), а по стенам висели детские картины. Пройдя в дверной проём справа, они уловили очень бодрую испанскую музыку. Дверь во второй зал была только приоткрыта, поэтому виднелись только грациозно танцующие пары.     Пройдя в один из затемнённых углов, отец помог дочери переодеться, и она, стуча маленькими каблучками по полу, пошла в зал. Дима, немного посмотрев вслед дочери, поднялся с колен и тоже пошёл в зал.    Квадратной формы, освещённый тёплого света люстрами, с лавками по периметру и большим зеркалом по всей длинне стены, красовался перед ними этот относительно небольшой зал. В правом углу стоял рояль, на котором лежал телефон и колонка, из которой лилась быстрая музыка.     Весь осмотр зала занял не более десяти секунд, но взгляд Димы приковал к себе тренер. Высокий мужчина безукоризненного телосложения, в чёрной водолазке с горлом и в брюках плаццо, наблюдал за движениями одной из пар. Услышав звук скрипящей двери, он позволил себе на секунду оторвать взгляд. Низкий мужчина в странной серой шапке и чёрной длинной куртке стоял возле маленькой девочки в чёрном бальном костюмчике. Не выказав никакого внимания, преподаватель перевёл глаза обратно на пару.    Дима, немного помявшись у двери, подошёл к одной лавке и сел, подозвав к себе дочь. Но его взгляд был всё ещё прикован к преподавателю. Мужчина снова оглядел танцора. Руки, сложенные на груди, внимательный взгляд карих глаз, чёрная борода и строгие брови. Подняв взгляд выше, Дима улыбнулся, увидев на его голове хвостик. Не то чтобы это рассмешило Диму, просто он был в восторге от вида мужчины.     Вдруг музыка прервалась, пара вышла на поклон, и преподаватель проговорил: — У нас осталось до конца тренировки 4 минуты, можете собираться, у меня дела есть. Эй, — обратившись к Позу, проговорил мужчина, — новенькая и её отец, пройдёмте ко мне в кабинет. *** Дима осторожно вошёл в кабинет, примыкающий к залу. Ничего необычного, просто длинный стол на всю комнату со множеством стульев и напольная вешалка, на которой одиноко висела чёрная кожанка. — Позов Дмитрий Темурович и Позова Савина, я правильно понял? — произнёс танцор. — Всё верно, а вы Матвиенко Сергей Борисович? — спросил Дима.  — Да, — безэмоционально произнёс Сергей, — Савина, я Сергей Борисович, твой тренер, пока это всё, что тебе нужно знать. Можешь идти в зал, знакомиться с другими ребятами. У нас с твоим отцом пару дел есть.    Девочка, даже не подняв глаз на мужчину, пулей выбежала из кабинета, а Сергей осторожно прикрыл за ней дверь. Не поднимая глаз на Диму, мужчина протянул Позову бумагу и ручку. Отец пробежал одну бумажку за другой беглым взглядом, заполнил пробелы в нужных местах и проставил пару подписей. В это время Матвиенко, не выказывая никакого желания заводить разговор, что-то листал в телефоне. — Можно будет остаться сегодня на тренировке? — произнёс он. — Да, можно.    Дима немного замешкался, не зная, что дальше делать, но Сергей решил всё за него: — Можете идти.    И всё? Даже никаких дополнительных вопросов, просто "можете идти"? Дима рассеянно кивнул в знак благодарности и открыл дверь. Его уши прорезал звонкий детский визг. Испугавшись, он повернул голову и увидел: толпа ребят гонялась друг за другом по кругу, а так как подошва у танцевальной обуви была скользкой, их весело заносило на поворотах. Дима вяло улыбнулся и начал искать среди детей Савину. Да, вот она, в самой середине, уже перезнакомилась со всеми. Мужчина осторожно обошёл зал по стенке и сел на скамейку.     Из-за дубовой двери показалось серьёзное лицо Сергея. Он подошёл к роялю и произнёс: — Дети, начинаем.     Вся толпа бросилась на середину зала. Состав группы был небольшой: две пары и Савина.  — Начнём наше занятие с того, что познакомимся с новым членом нашей группы, это Савина, — девочка в ответ осторожно помахала ребятам рукой, — ребята, предлагаю пробежаться по танцам, которые мы уже учили, чтобы показать новенькой, чем мы тут занимаемся.    Савина подошла ближе к роялю и повернулась лицом к залу. Матвиенко потянулся за телефоном и громким голосом объявил: — Европейская программа, медленный вальс.    Из колонки полилась протяжная музыка *Lift me Up (from Black Patterson “Wakanda Forever”)*. — Раз, два, три, — начал Сергей.     Услышав счёт, пары стали в стойку и медленно начали делать перемены, а дальше ушли в правый поворот.      Шагая по паркету, ребята периодически останавливались из-за того, что либо допускали ошибки, либо теряли счёт. Спустя две минуты музыка прекратилась, и Матвиенко объявил: — Латиноамериканская программа, Ча-ча-ча.    Музыка стала явно быстрей, а счёт сменился. Пары активно двигали коленями и периодически расцепляли руки, чтобы сделать поворот. Савина внимательно всматривалась в каждое движение своих одногруппников. Почему-то пока латина нравилась Савине меньше, чем стандарт. «Может, она была менее красивой и грациозной?» — думала девочка.  Музыка затихла. Сергей молчал некоторое время, а потом сказал: — Самба.    Танцоры начали активно двигать телами и вертеть бёдрами.     Матвиенко смотрел на пары, но в его взгляде чувствовалось разочарование. Такое же разочарование читалось на лице Димы, который сидел в конце зала и пялился в телефон. Он честно пытался смотреть, но ему не нравилось. Наверное, это было просто не его. Когда музыка также резко остановилась, Сергей ещё пару секунд смотрел на пары, а потом начал разочарованным голосом: — Ничего из того, что мы учили в прошлом году, вы не помните, я правильно понял? Всё, что мы так долго оттачивали весь год, — голос Матвиенко стал явно громче, — в стандарте шаг вперёд с каблука, а назад с носка. Чёткая стойка, которая ни в коем случае не двигается ни при каких обстоятельствах. — Сергей почти кричал, — А латина? Где эти быстрые и грациозные движения? Самба! Это танец, который просто не может быть красивым без ваших бёдер и живота, — мужчина встал, поставил ноги крест на крест и активно двигая бёдрами начал делать по кругу вольту.  Испугавшись грубого тона, Позов поднял глаза с экрана телефона вперёд, на людей, стоящих возле рояля. И его взгляд беспардонно приковали к себе упругие бёдра Сергея Матвиенко. Вот теперь это понравилось Диме. Танцор грациозно выписывал восьмёрку, уводя бёдра максимально вправо и влево. Широкая часть брюк двигалась в такт его ногам, чертящим чёткие линии на паркете. Торс Матвиенко на каждый счёт резко сжимался, а потом медленно разжимался, демонстрируя всю красоту. Руки Сергея филигранно двигались от груди и плавно разворачивались на всю длину.    Дима правда пытался отвести взгляд и заставить думать мозг о другом, но мужчина начал делать ботафогу. И снова эта чёртова восьмёрка, которую так чётко выписывают бёдра в чёрных брюках. А после нога, словно стрела, выстреливает в сторону. И руки поочерёдно поднимаются вверх, делая пальму.     «Блять! Дима! Ты о чём думаешь?» — пытался вбить себе в голову Позов, — «У тебя когда на мужиков вставал?», но Матвиенко не переставал грациозно двигаться по паркету, полностью приковывая взгляд Димы. — Как вы можете танцевать без всего этого? — остановившись, прокричал Сергей грубым голосом.    И лишь тогда Позов опомнился. — Савина, можешь вставать на паркет, ты не сильно будешь выбиваться из всей группы, — спокойно договорил Матвиенко.    Позова младшая быстро кивнула головой и выбежала на паркет. Да, она думала только о танце, но вот Позов старший думал только о Сергее. Он осторожно глянул на себя в зеркало. Нет. Это было правдой. Щёки у Димы всё же порозовели, а внизу он почувствовал неприятную тяжесть. Блять!    Урок шёл своим чередом, часто прерываемый резкими криками Сергея. Мужчина чуть ли не бил по коленям танцоров, заставляя их быстрее двигать коленями. Но тут дверь тихонько заскрипела, и в дверь вошла девушка лет двадцати пяти в белых обтягивающих джинсах и футболке, в белых кроссовках и с длинными тёмными волосами, выкрашенными частично под блонд. Девушка подошла к Сергею, поцеловала его в щёчку и быстро скрылась в кабинете.    После этого с виду непримечательного жеста в голову Димы полезли вопросы. Кто эта женщина? Почему она поцеловала Сергея? Девушка Матвиенко? Партнёрша? Последний довод оказался верным, т. к. вскоре танцовщица показалась обратно уже в коричневых бальных туфлях вместо белых кроссовок. Она подошла к своему партнёру, обняла его за талию и положила голову на его плечо. «Слишком странно для простой партнёрши», — подумал Поз. Не то чтобы он ревновал, но почему-то сердце в его груди какой-то неприятно сжалось.   — На сегодня закончим, — быстро проговорил Матвиенко, — я не вижу никакого прогресса, кто не хочет заниматься, может не приходить на следующий урок, свободны.     Пары устало поклонились и пошли переодеваться. Дима поднялся со скамейки, взял одежду и протянул руку подбежавшей Савине. Девочка была на грани слёз. Они молча вышли за дверь и пошли переодеваться.     В это время в зале Матвиенко, высвобождаясь из объятий партнёрши, сказал:  — Насть, ты сегодня прям излучаешь радость. — Стараюсь не быть как ты, — колко ответила девушка, — ты будешь переодеваться? — Да, только отойду в другую комнату. — Ой, да что я там твои три кубика не видела. — Как хочешь, — ответил Сергей, поднимая водолазку.    Пока водолазка открывала живот мужчины, в глазах Анастасии вспыхнул огонёк удволетворения, она подошла к Матвиенко и провела рукой по его шикарном торсу.   В этот самый момент из-за двери незаметно выглядывал Дима. Сначала, увидев живот мужчины, тело Позова стало ватным. А потом оно сильно напряглось, после того как эту красоту накрыла чужая рука. Эта рука осторожно водила по чуть загорелому телу мужчины, а потом её осторожно накрыли и отвели в сторону. — Зачем так делать, — раздражаясь проговорил Сергей. — Да брось, ты же сам этого хотел, — подмигнув ответила Настя.     Мужчина не удостоил эту реплику ответом.   Стоявшего за дверью Позова от этой картины начало мутить. И он как-будто даже начал ревновать... Матвиенко наконец-то надев чёрную рубашку, начал застёгивать её. Но его руки остановили руки поменьше и оттянули вниз, оставив открытым чуть меньше половины шикарного торса.  — Предлагаю начать с нашего любимого, — улыбаясь произнесла Анастасия, и из колонки полились знакомые испанские мотивы. *The Саре by Andy Fortuna*    Медленно, по раздельности пара вышла на паркет. В обоих загорелся огонёк, в глазах появилась страсть, а их тела стали двигаться резко. Пройдя поодиночке пару шагов, они сцепили руки, Анастасия, поддерживаемая стальной рукой партнёра, прогнула свою спину назад и резко приняв привычное положение, взглянула в глаза Сергею. Дотронувшись рукой до его торса, девушка отошла назад. Матвиенко со страшно горящими глазами пошёл на неё, но девушка быстро отошла назад, а партнёр с разбега прыгнул, два раза махнув ногами в воздухе. Пара сцепилась и выполнила пару поворотов. Анастасия опять показала великолепный прогиб, на этот раз подняв правую ногу вверх. Её партнёр не остался в стороне и в свою очередь ловко прогнул назад спину. После поворота танцующие остановились на месте, Анастасия положила руку на торс партнёра и немного надавила, пара сдвинулась назад. Их руки сцепились, и девушка опять показала свой прогиб, но теперь нагнувшись к ногам своего партнёра. Пара страстным шагом двинулась вперёд, Анастасия, отойдя, сделала три поворота, а Матвиенко, сев на одно колено, потом на другое, двинулся к ней. Мужчина встал на носки и прогнул спину. Девушка отошла от него на пару шагов, в то время как Сергей выполнил три поворота на одной ноге. Матвиенко пошёл вперёд, а Анастасия прокрутилась пару раз и достигнув партнёра снова сцепила пару. Они прошли пару шагов назад, и Сергей разбежавшись выполнил прыжок. Анастасия подбежав к нему, повернула пару и опустила Матвиенко на колени, аккуратно положив белую руку на его чёрную бороду. В этот момент музыка прервалась, но пара ещё некоторое время смотрела друг другу в глаза.    Весь танец за дверью стоял Дима и наблюдал. В нём бушевала огромная буря. Одна его сторона страстно наблюдала за каждым движением Сергея Матвиенко, а другая ненавидела Анастасию за то, что она была с ним, а не Дима. Во время танца побеждала первая сторона. Внимательно наблюдая за ногами, стопами, руками и бёдрами Сергея, Дима стоял прикусив губу. Но как только танец закончился, Анастасия превратилась из мулеты в обычную красную тряпку, которая мешала рассмотреть великолепного тореодора, орудовавшего этой тряпкой.    Но вдруг Дима почувствовал, как его за руку снизу кто-то тянет. Отведя глаза он увидел Савину, которая уже целую минуту стояла и ждала, пока отец заметит её. — Пап, я уже давно готова, — уставшим голосом проговорила девочка, — пошли домой. — Да, прямо пару... Он не успел договорить, потому-что двери резко распахнулись и перед Димой возник Сергей. — Вам что-то надо? — Д-да, вы мне не дали свой номер телефона, — не сразу нашёлся с ответом Дима. — Вы тут стояли только за этим? — приподняв бровь спросил Матвиенко. — Д-да. Танцор некоторое время молчал, а потом выдохнув сказал: — Давайте телефон. — Не понял. — Давайте телефон, чтобы я вам записал номер.    Дима несмело вынул из кармана куртки гаджет и протянул его Сергею. — А разблокировать? — поинтересовался Матвиенко.  — Простите, сейчас, — проговорил Поз, — вот.    Через 10 секунд номер был введён, и телефон вернулся в руки к хозяину. — Можете идти, — строго проговорил Сергей.     Дима, не сказав ни слова, резко повернулся, взял дочь за руку и быстро покинул зал.    Матвиенко пару секунд смотрел ему вслед, а затем, повернувшись, пошёл в зал. — У кого-то парень появился? — с улыбкой проговорила Анастасия.  — Что? — процедил Сергей. — Ну он так на тебя смотрел... — Замолчи, я не... — Ой, может ты и нет, но вот он - да. — У нас танго, пошли. ***    Прийдя домой у Димы в голове творится настоящий хаос. Быстро приготовив ужин, он накормил дочь и помог ей приготовиться ко сну. И лишь тогда он смог сам лечь в кровать и начинать наводить порядок в своей голове.  — Что, блять, происходит? — думал он, — Дима, двадцать шесть годиков, влюбился в учителя танцев своей дочери. Это все итоги прошедшего дня. Идеально. Жить на Земле чуть больше четверти века, чтобы понять, что ты гей. Что с этим делать? Судя по Сергею, у того ни намёка на чувства. А самое главное, Дима, у тебя жена умерла недавно, какие отношения? — после такой мысли из глаз Димы потекли слёзы, он до сих пор не мог оправиться от последствий этого события, — Дима, ты мужчина, мужчина в двух смыслах. Мужчина как пол, и мужчина как сильный мужик, — но ни одно ни другое Позов пока не мог выполнить. И как и каждую ночь он уснул, роняя на свою белоснежную подушку свои горькие слёзы...