Шальное наследство

Всё время, пока смывал с себя дневной пот и дорожную пыль, Наир чувствовал пристальный взгляд Сандро, скользящий по его обнажённому телу. Это возбуждало больше, чем если бы эльф прикасался к нему руками — сейчас граница между ними ощущалась как нельзя более отчётливо, и в то же время была мягкой и податливой. Наир знал, что если терпение Сандро иссякнет, никакой приказ не удержит его на месте. Когда он покинул бадью и снова ступил на пол, глаза эльфа всё ещё скользили вслед за струйками воды, стекающими по обнажённому телу, и в них медленно разгоралась неудержимая жадность. Наир обвязал бёдра простынёй, которую слуги оставили, чтобы вытереть влагу, и шагнул к невольнику. — Сандро, я уже очень зол на тебя. И ты снова нарушил приказ. Только после этих слов эльф опомнился и торопливо опустил взгляд. — Простите, господин. — И ты, демоны разбери, только что сделал это в третий раз. Взгляд Сандро метнулся к глазам хозяина и на мгновение в нём сквозила озадаченность. — Наир, — удручённо повторил Наир. — И Наир сказал тебе идти на кровать и ждать там. Сандро молчал. Он думал, немного демонстрации покорности должно порадовать хозяина и смягчить. Даже если днём господин говорил, что ему это не нужно, Сандро ещё не видел людей, которые на самом деле не получали бы удовольствия от чужого унижения. — Сейчас ты всё-таки выполнишь мой приказ и ляжешь на кровать вниз лицом. За то, что ты трижды за день расстроил меня, ты трижды испытаешь боль. Сандро почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Это был страх, но это было и что-то ещё. Сандро ненавидел себя за это. Давенхилл научил его испытывать нечто подобное, испытывать… возбуждение от покорности. Но Давенхилла здесь не было. Сандро странным образом чувствовал, что всё ещё может выбирать. Что Наир не заставляет его подчиниться, что он просто ждёт. И что он на самом деле… испытывает злость. — Конечно, — он снова на мгновение опустил взгляд, прежде чем встать. — Должен ли я всё ещё называть тебя по имени сейчас? Наир задумался. Ему действительно неприятно было быть господином, неприятно было напоминание о том, на какой стороне он теперь. Но он понимал вопрос. — Ты можешь называть меня так, как хочешь, — он подчеркнул последнее слова, давая понять, что это своего рода испытание, а потом молча махнул рукой, напоминая про приказ. Сандро наконец вытянулся на кровати и уткнулся лицом в подушку. Это однозначно не было его любимой позой. Это делало его… беззащитным. Слишком открытым. — Расслабься, — обе руки Наира оказались у него не плечах. Это не было больно, вопреки его обещаниям, только лёгкое поглаживание, которое затем сменилось мягким давлением на уставшие мышцы. Его руки были нежными и ничем не походили на сухие ладони Давенхила, прикосновения которых оставались неприятны даже когда дарили ласку. Сандро подумал, что, наверное, легко принял бы любое наказание от этих рук и тут же разозлился на себя. Руки Наира продолжали скользить вниз по его спине, изучая, исследуя, наслаждаясь. Прикосновения успокаивали его, но чёрная заноза обиды всё равно сидела глубоко внутри, и Наир чувствовал, что он не растает так легко. У Сандро была красивая спина. Откровенно говоря, в нём было красиво всё, и даже чудаковатые татуировки придавали ему экзотики, но никак не портили. В первые моменты Наир касался их насторожённо, помня, что чёрные знаки нарисованы ядом, но волшебная вода ушла глубоко под кожу, и теперь, когда внимание Наира было полностью сосредоточено на теле любовника, а в комнате было достаточно светло, он с удивлением обнаружил, что знаки движутся под его пальцами, расступаются вокруг них. — Тебе это не нравится? — спросил он, продолжая массировать эльфу спину, нежно, но сильно прохаживаясь пальцами вдоль позвоночника. Наиру было далеко до гурии или гаремного раба, но он хорошо знал, что делать с мужчиной после долгого дня тяжёлой работы. — Почему? — Я не контролирую ситуацию, — выпалил Сандро и запнувшись, резко замолк. О каком контроле он вообще мог мечтать, будучи рабом? Ответом ему стал негромкий бархатистый смех. — Надо было догадаться, что тебя это бесит, — откликнулся Наир. — Но сегодня будет моя игра. Он наклонился — Сандро ощутил это движение, тень, упавшую ему на лицо — а потом коротко вскрикнул, когда зубы хозяина вонзились ему в плечо. Это было неожиданно. И действительно больно. Даже несмотря на то, что острые зубы тут же сменились мягкими губами и ласковым языком. Сандро тяжело дышал и чувствовал, как член, затвердевая, неудобно упирается в матрас. — Раз, — посчитал Наир, толком не отрывая губ от его кожи. Теперь он двинулся вверх, вдоль шеи. На мгновение его сладкие прикосновения исчезли, и Сандро испустил разочарованный вздох. Потом губы хозяина вернулись также внезапно — тело прошило током, когда острый напряжённый язычок скользнул по кончику острого уха. — Не надо! — тут же взмолился Сандро. Наир замер, всё ещё едва заметно касаясь уха эльфа языком. — Что именно не надо? — насторожённо спросил он. — Не кусай… сюда. — Сандро! — Наир тихонько зашипел и, скользнув губами по его коже, всё-таки укусил, но за мочку. — Я знаю, что они чувствительные. Я бы никогда… — он только вздохнул. — Хотя это первый раз, когда я вижу эльфийские уши так близко. Ты… первый эльф, с которым я так близок. И должен сказать они… привлекают. Договорив, Наир резко потянул Сандро за плечо, переворачивая его на спину, и впился в его губы не очень нежным, но очень проникновенным поцелуем. Сандро выдохнул от неожиданности и потянулся обнять его за талию, как делал это обычно. Чувствовать тело Наира в своих руках всегда было так же приятно, как чувствовать его руки на своей коже, хотя чувство было другим, жадным и хищным — из тех, что не должны быть дозволены рабу. И будто в подтверждение его мыслей Наир ловко перехватил его запястья и завёл их ему за голову. — Это наказание, Сандро, — прошептал он, отрываясь от губ эльфа. — Ты не должен касаться меня руками, чтобы не произошло. И ты не должен кончать, пока я не разрешу. Побудь хотя бы полчаса хорошим рабом. — Да… — выдохнул Сандро невольно поднимая голову, чтобы снова коснуться губ хозяина. — Молодец, — Наир отметил, что эльф никак его не назвал. Взгляд нимфарельца скользнул по глазам невольника, губы пронеслись опасно близко мимо его губ и вместо этого впились в кожу под подбородком, срывая с губ Сандро протяжный стон. Зубы прошлись по уязвимому месту, где под кожей билась кровь, слегка царапнули, избегая причинять боль, и так, перемежая сладкие ласки и лёгкие укусы, рот Наира двинулся вниз, вдоль изгиба плеча эльфа и на грудь. — Наир… — выдохнул Сандро. Наир не отозвался. Его руки прошлись по груди Сандро, щекоча напряжённые соски. — Я так хотел этого в прошлый раз, — признался он. Ладони замерли у Сандро на рёбрах, и Сандро почувствовал, как по телу потекла целительная магия. Он выдохнул, ещё сильнее прогибаясь навстречу, с трудом контролируя порывы собственного тела. Пока губы Наира путешествовали по его груди, Сандро изо всех сил старался сосредоточиться на мыслях о руках, которые нужно держать неподвижно над головой. Его внимания уже не могло хватить на то, чтобы контролировать собственные стоны и то, как его тело извивалась, требуя новых и новых прикосновений. А потом произошло то, о чём он должен был помнить, о чём хозяин предупреждал его, и о чём Сандро напрочь успел позабыть — Сандро яростно зарычал, когда острые зубы впились ему в сосок — и тут же захныкал, понимая, что может винить в этом только себя. Жестокая ласка тут же сменилась нежностью, Наир чувствовал, как сильно вздымается под ним грудь эльфа, как подёргивается, сильнее прижимаясь к его бедру, твёрдый горячий член. Наир приподнялся, заглядывая эльфу в глаза, борясь с желанием снова поцеловать. С желанием сказать что-то, что, как он знал, ещё рано произносить вслух. Он лишь мимолётно коснулся губами губ раба и продолжил путешествие вниз по его груди и животу. Сандро до конца не понимал, к чему это идёт. Всё, что делал Наир, было ново для него, каждый нерв казался вдвойне обнажён. Он был почти рад, что в этом всё-таки есть что-то от наказания, потому что эти крохи боли заземляли его, не давая окончательно потеряться в сладости губ господина. И он всё равно был не готов, когда Наир обхватил губами его член. — Господин! Наир зло зарычал, его дыхание пустило дрожь по распалённой чувствительной плоти эльфа. Сандро просто рухнул на подушки, когда к делу присоединился язык хозяина. Он чертил зигзаги и магические узоры, заставляя Сандро теряться в ощущениях и плыть по волнам сладкого моря, которое укачивало его, лишало способности думать. И да. Он снова был не готов. Наир сделал это осторожно, понимая, что никакая магия не спасёт, помня о том, как Сандро просил его не трогать это место даже рукой. И всё же в его порыве была искренняя злость. Сандро не закричал только потому, что его годами приучали держать себя в руках. Когда Наир отстранился, расширившиеся зрачки эльфа потеряно смотрели на него. Солёное семя наполнило рот, и Наир игриво слизнул его с губ. — Сандро, ты был наказан за то, что не веришь своему господину, — отстранённо произнёс Наир. — За то, что игнорируешь прямые и ясные приказы, такие как ждать меня в кровати, не вставать на колени и не называть господином. Ты понял меня? — Да… — откликнулся Сандро хрипло. — Я подозреваю, что это не последний урок, который мне придётся тебе преподать. — Только что я опять нарушил приказ. — Вообще-то, да, — признался Наир. — И мне придётся заняться этим в следующий раз. Если хочешь знать, у меня есть ещё несколько идей, как можно тебя наказать. Сандро сглотнул — Наир видел, как по его горлу пронёсся кадык. — Могу я спросить? — Да. — На сегодня наказание окончено? — Да… Ах! — Наир вообще не понял, как оказался на спине, и произошло ли это хотя бы после того, как он закончил говорить. Руки Сандро раздвинули его бёдра кротким рывком, и губы оказались у Наира между ног. Язык вошёл в него яростно и нетерпеливо, не давая возможности что-либо осознать. Наир смог только застонать в голос и сжать кулаки на простынях. Наир никогда не думал, что языком можно изнасиловать. До этого дня.