Когда на сердце светло, в темном подземелье блещут небеса

      Подтолкнуть братьев Лань к небольшому соревнованию по стрельбе из лука оказалось намного проще, чем Вэй Усянь предполагал. Помогло удачное стечение обстоятельств: одним прохладным солнечным днём супруги сами пришли на стрельбище, где обнаружили Вэй Ина, окруженного восторженно слушавшими его детьми. Чуть поодаль Вэнь Нин собирал стрелы и проверял их целостность перед следующим этапом урока. — Приветствуем главу Лань и Ханьгуан-Цзюня! — заметив пришедших, хором проговорили юные ученики и низко поклонились старшим. — Добрый день! — тепло улыбнулся Лань Сичэнь, мягко глядя на детей. Лань Ванцзи ограничился приветственным кивком. Он и сейчас проявлял немногословность и выглядел холодно и отчуждённо. На Вэнь Нина Лань Чжань принципиально не смотрел. Вероятно, не желал вступать в новый конфликт, да и вообще общаться. — Чем вы занимаетесь? — благодушно поинтересовался Лань Сичэнь, рассматривая присутствующих. Он нечасто видел подобное воодушевление на лицах младших адептов, особенно во время занятий. — Сянь-гэгэ учит нас стрелять из лука, — робко ответил один из мальчишек. — Дядюшка поручил мне приглядывать за ними, — пожал плечами Вэй Усянь. Пару недель назад они уже обсуждали это за ужином, но больше к теме не возвращались. В основном из-за того, что Вэй Усянь никак не мог запомнить имена своих подопечных, поэтому в разговорах с Вэнь Нином называл их придуманными прозвищами, а при супругах снова жаловаться на дурную память не хотелось. — Сегодня мы как раз устраиваем проверочное соревнование, — улыбнулся он. — Соревнование? — удивился Лань Хуань. Вероятно, в Гусу Лань к подобным практикам прибегали нечасто. — Ага, — радостно кивнул Вэй Усянь. — Победитель получит возможность погладить кроликов Ханьгуан-Цзюня… Ты же разрешишь, а, Лань Чжань? — тепло улыбнулся он, глядя на Лань Ванцзи. — Мгм, — безропотно согласился тот. После того случая с потерей контроля Лань Чжань беспрекословно соглашался практически со всеми словами и предложениями мужа. Видимо, он до сих пор ощущал вину, хотя Вэй Ин уже неоднократно заверял его, что всё в порядке. — И очень удачно, что вы оба тут! — продолжил Вэй Усянь и обернулся к детям. — Ребята, сегодня оценивать ваши успехи будут глава Лань и Ханьгуан-Цзюнь, так что постарайтесь не посрамить честь своего скромного учителя! — Да, Сянь-гэгэ! — синхронно отозвались дети и принялись готовиться. — Вы же не против? — лукаво улыбнулся Вэй Усянь, уже зная, что не оставил братьям выбора. А их присутствие рядом было необходимо, чтобы воплотить в жизнь собственный план. Вэй Ин и сам до конца не понимал, почему решил действовать хитростью, а не попросил супругов прогуляться по Цайи напрямую. То ли опасался, что ему могли отказать. То ли боялся, что братья не нашли бы времени. То ли просто хотел повеселиться. Он не знал причин, да и не хотел в очередной раз задумываться о них. Внутри уже бурлил лёгкий азарт из-за предстоящей шалости. Возможно, ему просто нравилось выбирать более сложные пути в прошлом? Всё было лучше, чем строить воздушные замки, силясь разобраться в себе. Решился и решился. — Мы с удовольствием поможем тебе, А-Ин, — легко улыбнулся Лань Сичэнь, который не видел причин для отказа в невинной просьбе. К тому же, он хорошо понимал, насколько важно уделять внимание молодому поколению заклинателей. Особенно в его положении. — Мгм, — послушно кивнул Лань Ванцзи, не заметив подвоха. Получив согласие обоих супругов, Вэй Усянь удовлетворённо улыбнулся и коротко объяснил правила всем присутствующим. Ничего сложного он не планировал: побеждал тот адепт, которому удалось бы попасть максимальное количество раз в самую дальнюю мишень. Вэнь Нину предстояло подготавливать стрелы и мишени для каждого нового участника, Вэй Усянь подбадривал своих подопечных, а братьям следовало вынести беспристрастное решение по окончанию соревнований. Ничего сложного или необычного. Всё-таки адепты были ещё не в том возрасте, чтобы давать им слишком трудные задания. Пока они наблюдали за достижениями детей, Вэй Ин не мог не восхититься Лань Сичэнем, который знал каждого ребёнка по имени и легко отличал их друг от друга. Лань Ванцзи вроде бы тоже не имел каких-либо трудностей с опознаванием детей. С одной стороны это радовало, с другой… вызывало лёгкую зависть. «Хорошо, что рядом со мной всегда Вэнь Нин или кто-то из мужей… Они запоминают людей намного лучше меня, — мысленно отметил Вэй Усянь. Ему начинало казаться, что его болезнь и отсутствие воспоминаний о прошлом лишь следствие не самой крепкой памяти. — Неужели у меня и раньше были постоянные проблемы? Или причина, наоборот, в том, что ранее моя память была повреждена?». Подобные размышления всегда его утомляли, а потому Вэй Ин быстро вернулся к наблюдению за учениками и ходом состязаний. Каких-либо сюрпризов он не ожидал, ведь успел изучить уровень каждого из ребят, а потому хорошо представлял, кого скоро будет поздравлять с победой. — А-Ин, почему ты выбрал именно такую награду для победителя? — поинтересовался Лань Сичэнь, встав рядом с супругом и нежно коснувшись его спины. — Мммм… — задумчиво протянул Вэй Усянь, инстинктивно подавшись ближе к чужой руке. — У меня нет полномочий давать какие-либо серьёзные награды, да и толку от них столь юным мальчишкам? — пояснил он, не видя смысла скрывать причины своих решений. — К тому же, сегодня мы проводим не какое-то серьёзное состояние, это лишь небольшая проверка их способностей, чтобы решить, как их обучать в дальнейшем, — с улыбкой говорил юноша. Заметив, что один из детей сделал особенно удачный выстрел, он радостно воскликнул и захлопал в ладоши. — А кролики Лань Чжаня стали местной легендой, детишки мечтают хоть раз погладить их… — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи, встав по другую руку от мужа, но не коснувшись его. — Но обычно трогать их не разрешено. — Именно! — легко согласился Вэй Усянь. — Представляете, как будет счастлив победитель? — широкая улыбка озарила его лицо. — Ты здорово всё продумал, А-Ин, — похвалил его Лань Сичэнь и вновь едва ощутимо его погладил, скользнув пальцами между лопаток. — Возможно, ты хотел бы обучать стрельбе из лука всех адептов ордена? — предложил он. — Ммм… Давай обсудим это позднее? — предложил Вэй Усянь, воодушевлённый подобной идеей. — Нужно тщательно продумать расписание, составить план… — У Вэй Ина всё получится, — уверенно заявил Лань Ванцзи. Итог соревнований оказался именно таким, как ранее предсказал Вэй Усянь. Поздравив победителя, он пообещал мальчику навестить вместе кроликов перед ужином, и тут же поспешил подбодрить остальных детей. — Будете усердно трудиться, тоже сможете получить вознаграждение, — пообещал он и с сияющей улыбкой повернулся к братьям Лань. — А вы не хотите посоревноваться со мной, м? — Вздор! — едва заметно нахмурился Лань Ванцзи. — Ну, Лань Чжань! — с наигранной обидой протянул Вэй Усянь. — Я же не праздное развлечение предлагаю! — возмутился он. — Хорошая тренировка полезна для любого мастера… но… что такой как я может противопоставить заклинателям с золотым ядром? — с его уст невольно сорвался тяжёлый вздох, когда он попытался представить, что же потерял. Но осознать всю степень потери так и не смог. — Ты был лучшим, А-Ин, — заметил Лань Сичэнь. — И раз дядя оценил тебя даже теперь, а твои подопечные показывают высокий результат, уверен, ты до сих пор невероятно хорош, — ободряюще улыбнулся он, наблюдая, как младшие адепты усердно помогали Вэнь Нину собирать стрелы и очищать мишени. — Брат, неужели ты боишься проиграть нашему мужу? — хмыкнул глава ордена. — Вздор! — повторил Лань Ванцзи, едва заметно нахмурившись. — Значит, ты согласен посоревноваться со мной? — тут же подхватил его под локоть Вэй Усянь и вопросительно заглянул в глаза, прекрасно зная, как тяжело его супругу давалось здравомыслие из-за тесного физического контакта. — Мгм, — ожидаемо сдался Лань Чжань, его уши слегка покраснели, явно выдавая его чувства. — Хуань-гэ, и ты тоже! — попросил Вэй Ин, жалобно посмотрев на второго супруга. — Хорошо, А-Ин, — легко согласился Лань Сичэнь. Он вообще редко в чём-то отказывал возлюбленному. — А что насчёт награды? — хитро улыбнулся Вэй Усянь, мигом перестав строить жалобное лицо. — Награды? — переспросил Лань Ванцзи с лёгким удивлением в голосе. — Проигравшие выполняют желание победителя, — предложил Вэй Усянь, постаравшись максимально невинно похлопать ресницами. — Звучит неплохо, — кивнул Лань Сичэнь. — Правда, я не стрелял уже очень давно, поэтому не могу быть в себе уверен… — Хуань-гэ, ты же был вторым когда-то! — напомнил Вэй Усянь. — Вэнь Нин рассказал мне про соревнования лучников в Безночном городе, на которых мы с ним познакомились, — пояснил он в ответ на вопросительные взгляды братьев. Получив согласие от обоих супругов, Вэй Ин довольно улыбнулся. «Всё идёт по плану, — мысленно хмыкнул он, пока Вэнь Нин раздавал всем заранее подготовленные луки и колчаны со стрелами. Юные ученики, услышав про соревнования, остались понаблюдать, остановившись неподалёку и тихо переговариваясь между собой. — Остаётся только победить…». Юноша не позволял сомнениям одолеть себя и побороть собственную решимость, но невольно задумался, каковы его шансы одержать победу сейчас, без золотого ядра. Впрочем, он знал, что братья не уделяли внимание стрельбе из лука, поэтому у него, потратившего несколько недель на тренировки и восстановление навыков, и у них, сильных заклинателей, шансы оказывались примерно равными. Это утешало. В любом случае, сдаваться Вэй Усянь не планировал. Условия их состязаний были предельно просты: по десять выстрелов в самую дальнюю мишень. Её специально установили несколько дней назад и закрепили так, чтобы мишень слегка покачивалась на ветру, усложняя стрелку задачу — эдакий компромисс между обычной мишенью и воздушным змеем. Победителем считался тот, чьи выстрелы оказались бы наиболее точными. Согласно жребию, Вэй Ину выпало стрелять первым. И он легко совершил десять идеальных выстрелов, поразив центр мишени и вызвав восторг у детей. Лань Ванцзи должен был стрелять вторым. При этом он выглядел спокойным и сосредоточенным, но не походил на человека, заинтересованного в получении награды. Впрочем, зная своего мужа, Вэй Усянь полагал, что это была лишь внешняя видимость. Особенно с учётом того, что первые девять выстрелов оказались практически идеальными попаданиями в центр мишени. «Ох, это уже становится опасно… — напрягся Вэй Ин, внимательно следя за тем, как супруг прицеливался для последнего выстрела. — Хотя… Помнится, однажды я уже сделал это…». — Лань Чжань! — позвал Вэй Усянь, отметив, как мигом напряглись чужие плечи. — У тебя лента съехала! — заявил он и, без тени сомнений, дёрнул лобную ленту, развязывая её. Вэнь Нин рассказывал, что юноша уже поступил также на соревновании лучников в Безночном городе. Однако в прошлый раз Вэй Усянь не имел никакого права касаться чужой лобной ленты, теперь же… многое изменилось. И ему, как никому другому, было дозволено трогать ленту. — Вэй Ин! — шокировано выдохнул Лань Ванцзи, невольно отправив стрелу в полёт, однако не попал даже в самый край мишени. — Ты… снова! — он едва ли не задохнулся от смущения и волнения. Возможно, если бы вокруг не было младших адептов и Вэнь Нина, Лань Ванцзи бы не отреагировал столь остро, но сейчас его руки заметно дрожали. — В этот раз ты хотя бы не сломал лук, — невинно улыбнулся Вэй Усянь, без тени страха приблизившись и повязав ленту обратно. — Но, Лань Чжань, разве мог я позволить тебе выглядеть неподобающим образом? Ты же мой муж! — щебетал он, взяв супруга за свободную руку и успокаивающе погладив его кончиками пальцев по тыльной стороне ладони. — Сохранять холодный рассудок должно вне зависимости от трудностей и обстоятельств, — наставительно говорил Лань Сичэнь младшим ученикам, пытаясь сгладить ситуацию. — Адепты других орденов могут не знать значение наших лент или может произойти что-то непредвиденное. Вы должны суметь удержать себя в руках и вести себя достойно… — его спокойный голос завораживал, заставляя детей послушно кивать и улыбаться. — Лань-фужэнь специально продемонстрировал вам, в какую ситуацию вы можете попасть, находясь за пределами ордена, а Ханьгуан-цзюнь показал, к чему может привести несдержанность. Вы понимаете это? — Да, глава Лань, — покорно согласились они, удовлетворённые подобным объяснением. Вэй Усянь невольно хихикнул, краем уха услышав подобную интерпретацию своего поступка. — Как ловко ты выкрутился, Хуань-гэ, — шепнул он на ухо мужу, когда тот отошёл от детей и приготовился стрелять. — Дурной пример заразителен, А-Ин, — хмыкнул Лань Сичэнь, прицелившись. Вэй Усянь весело улыбнулся, поняв, что старший супруг легко разгадал его уловку, но не спешил отчитывать его и объяснять Лань Ванцзи, что произошло на самом деле. — Хуань-гэ! — позвал Вэй Усянь, после того, как глава Лань совершил семь идеальных попаданий в центр мишени. — И стоило тебе принижать свои таланты? — рассмеялся он, раздумывая, следовало ли попытаться отвлечь мужа, сорвав и его ленту, или стоило придумать что-нибудь новое. Но… что? Из-за наличия свидетелей многие идеи, вроде поцелуя, пришлось отбросить в сторону. Пусть и очень хотелось снова коснуться чужих губ. — Веди себя прилично, А-Ин, — улыбнулся Лань Сичэнь и… промахнулся. Вэй Усянь удивленно охнул, ведь прекрасно видел, что глава Лань специально целился не в ту сторону. «Он… поддаётся мне? Но зачем?», — удивился он, следя за оставшимися выстрелами. Такими же идеальными, как и предыдущие. — Хуань-гэ, ты специально сделал это! — возмутился Вэй Усянь, когда супруги остались втроём и ужинали у себя дома после соревнований. — Но ведь ты так хотел победить, что специально выбил Лань Ванцзи из равновесия, повторив свой поступок из прошлого, — заметил Лань Сичэнь, пожав плечами. — Мгм, — буркнул Лань Ванцзи. — Вэй Ин поступил нечестно. — Но, Лань Чжань! — возмутился Вэй Усянь. — Это в прошлый раз у меня не было права касаться твоей ленты, но теперь-то мы супруги! И вообще, твоя настоящая лента у меня, — попытался оправдаться он, надув щеки. — Ты не можешь столь остро реагировать на подобные вещи. Я же каждый день снимаю с тебя ленту… — Перед тем, как мы… — уши Лань Ванцзи вспыхнули, и он не решился закончить фразу. — Так ты… — Вэй Усянь смущённо опустил голову, заалев щеками. Если теперь снятие ленты ассоциировалось у Лань Чжаня с выполнением супружеского долга, не было ничего необычного в том, что он отреагировал столь остро. — А-Ин, — позвал его Лань Сичэнь. — О чем ты хотел попросить, но не решался? — поинтересовался он, разгадав истинный замысел Вэй Усяня. — Я… — Вэй Ин замялся на пару секунд, но быстро взял себя в руки. — Я бы хотел отправиться с вами в Цайи и познакомиться с родственниками Вэнь Нина… — тихо проговорил он, глянув в глаза старшему супругу. «В конце концов, всё зависит именно от его решения. Если бы я, к примеру, просто попросил Лань Чжаня сходить со мной, он бы обязательно сначала спросил разрешение у Хуань-гэ. Или если бы мы отправились вдвоём… После того случая с Вэнь Нином… Нет, без Хуань-гэ никуда, иначе снова может приключиться скандал…», — мысленно рассуждал Вэй Усянь. Именно поэтому, зная о постоянной занятости супруга, он хитростью попытался добиться своего. — А-Ин, ты мог просто попросить! — вздохнул Лань Сичэнь. — Мы с Ванцзи тебе бы не отказали, — заметил он, тепло улыбнувшись и подложив супругу в тарелку бобовые ростки. — Или ты усомнился в нас? — Я… не знаю, — покачал головой Вэй Усянь. — Просто… — он запнулся, не зная, как объяснить собственное решение. — Когда Вэнь Нин рассказал мне о тех состязаниях… Я подумал, что если мы устроим их подобие, и я… — он снова запнулся, резко осознав, что подсознательно рассчитывал именно на это. — Мне казалось, что в похожей ситуации получится вспомнить хоть что-нибудь… — У Вэй Ина получилось? — поинтересовался Лань Ванцзи, отставив пустую тарелку в сторону. Он никогда не вступал в разговоры, пока сам не заканчивал трапезу. В лучшем случае ограничивался кивками или лёгким покачиванием головой, но зачастую предпочитал игнорировать чужие диалоги. — Нет, — Вэй Усянь ткнул палочками в бамбуковый росток, ловко подцепив его. — Я так и не понял, зачем сорвал твою ленту в прошлый раз, — признался он. — Возможно, я был глуп и невежественен, Лань Чжань, и мне искренне жаль, что я обошёлся с тобой неподобающим образом на виду у всех, — виновато проговорил юноша. — Наверняка при этом я ещё и чувства Хуань-гэ задел… — наконец озвучил он мысль, крутившуюся в его голове с тех пор, как Вэнь Нин рассказал ему о прошлом. — А-Ин, то дела прошедших дней, — Лань Сичэнь ободряюще улыбнулся и мягко коснулся его руки. — Вэй Ину не стоит думать о том, что он уже не в силах изменить, — кивнул Лань Ванцзи. — Каковы бы не были его намерения в прошлом, тот его поступок позволил мне осознать силу нашей связи, — спокойно проговорил он, и лишь заалевшие мочки ушей предательски выдавали его смущение. Уши вообще оказались самым ярким индикатором эмоций Второго Нефрита, и Вэй Усянь частенько ориентировался на них, подмечая реакцию на те или иные свои слова и поступки. — Пусть я и испил уксуса тогда, но невозможно было оторвать от тебя взгляд, А-Ин, — признался Лань Сичэнь, притянув мужа к себе в объятия, и легко поцеловал его в висок. — Ты был совершенен, как и всегда. — В самом деле? — удивился Вэй Усянь. — Лгать запрещено, — хмыкнул Лань Ванцзи, прижавшись к нему с другой стороны.        Спустя несколько дней, в обычный выходной для Вэнь Цин и Вэнь Нина, супруги отправились в Цайи для знакомства с остатками клана Вэнь. По пути к месту проживания людей Вэнь им предстояло пересечь сам городок. Тот явно процветал, что было неудивительно, учитывая его удачное местоположение: вдоль города протекала река, по которой сплавлялись торговцы и путешественники, с одной из сторон его защищали горы, рядом находился один из четырёх великих орденов. Все путники проходили через него, все просители останавливались на местных постоялых дворах, большинство заклинателей из других орденов так же следовали через город, когда направлялись в резиденцию Гусу Лань… Всё это не могло не наложить свой отпечаток. Здесь всё время кипела жизнь: громко смеялись и играли дети, по улицам сновали люди, торговцы зазывали людей в свои лавки. Вэй Усянь невольно охнул, с интересом оглядываясь по сторонам. Уж очень сильно город отличался от спокойного и размеренного ритма Гусу Лань. Будто жители Цайи не находились подле самого строгого и праведного из орденов заклинателей. Впрочем, правила Гусу Лань не распространялись на посторонних. — Тут красиво, — заметил юноша, не в силах удержать внимание на чём-то одном и выглядеть также спокойно и величественно, как братья Лань. Зато он наслаждался каждым мгновением их прогулки. — Вэй Ин красивее, — поддел его Лань Ванцзи, улыбнувшись кончиками губ. — Лань Чжань! — Вэй Ин мгновенно стушевался и поспешил закрыть лицо руками, пряча стремительно заалевшие щеки. — Нельзя же говорить подобные вещи просто так! Моё слабое сердце не выдержит! — Ванцзи, не смущай А-Ина, — беззлобно пожурил брата Лань Сичэнь. — Иначе он опять сорвёт твою ленту и смущаться будешь уже ты, — напомнил он, ведь Вэй Ин частенько в отместку за тёплые слова братьев стягивал их ленты, пытаясь выбить супругов из равновесия в ответ. Правда, зачастую в такие моменты рядом не было никого из посторонних. Лишь выйдя за ворота Гусу Лань, Вэй Усянь узнал, что за пределами ордена никто не знал о тройственном союзе. Для всех чужаков он состоял в браке лишь с Лань Сичэнем, и тот объяснил, что это было сделано не только для сохранения их репутации и блага ордена, но и для того, чтобы избежать возможных конфликтов с теми, кто мог посчитать подобный союз неприемлемым. «Уверен, что Хуань-гэ приятно знать, что все считают меня именно его мужем, — мысленно предположил Вэй Усянь. — Да, и было бы странно объявлять о моей свадьбе с Лань Чжанем после того, как стало известно о нашей помолвке с Хуань-гэ…», — юноша хорошо понимал мотивы главы ордена, а потому не видел смысла спорить или оскорбляться из-за услышанных новостей. Как супруг главы, он и сам был обязан следить за репутацией ордена и не хотел, чтобы посторонние судачили о нём самом или о прочих адептах Гусу Лань. Хотя и понимал, что брак даже двух обрезанных рукавов не мог не привлечь к себе всеобщее внимание. Возможно, и хорошо, что он полгода провёл в беспамятстве и всё пропустил… Иногда Вэй Ин искренне себя ненавидел за подобные мысли, ведь из-за болезни он заставил волноваться супругов, а Вэнь Цин пришлось усердно трудиться, чтобы помочь ему восстановиться. Но ощущать заботу и поддержку окружающих было настолько приятно, что крамольная мысль о том, были бы с ним также ласковы, если б не болезнь, пару раз закрадывалась ему в голову. — Почему остатки ордена Вэнь поселили именно на окраине города? — уточнил Вэй Усянь, чтобы отвлечься. — Удобно, — коротко ответил Лань Ванцзи. — Им отдали одну из старых резиденций ордена, — пожал плечами Лань Сичэнь. — У неё большая внутренняя территория, что позволило людям Вэнь выращивать на своей земле овощи и некоторые лекарственные растения. К тому же, из неё удобнее добираться до леса, чтобы собирать те же травы. Гусу Лань без надобности столь большое здание, оно простаивало годами, — объяснял глава ордена, мягко глядя на супруга. — К тому же, здесь эти люди не привлекают к себе чересчур много нежелательного внимания. — О чём ты, Хуань-гэ? — спросил Вэй Усянь, не поняв значение последней фразы. — Отпечаток войны, — заметил Лань Ванцзи, не изменившись в лице. — Пусть и было объявлено об их невиновности, а теперь они под защитой клана, но в сердцах многих ещё сильна ненависть к фамилии Вэнь, — печально вздохнул Лань Сичэнь. — Тогда почему бы не предложить им взять фамилию Лань? — задумчиво проговорил Вэй Усянь. — Я собирался поднять этот вопрос на совете со Старейшинами, когда эти люди обживутся на наших землях, зарекомендуют свою полезность, а окружающие привыкнут к ним, — ответил Лань Сичэнь. — Нельзя принимать радикальные решения слишком быстро, иначе это может вызвать недовольство не только за пределами ордена, но и внутри него. — Но ведь все в ордене знают, что Вэнь Цин отличная целительница, — хмыкнул Вэй Усянь, озвучив очевидный факт. — Людям нужно время, А-Ин, — ласково улыбнулся ему Лань Сичэнь. — Пришли, — прервал их разговор Лань Ванцзи, когда перед ними показались большие ворота. Те были приветливо распахнуты, а неподалёку суетился пожилой мужчина, поправляющий несколько пучков засушенных трав около скромной таблички «Аптека». — Четвёртый дядюшка! — позвал мужчину Лань Сичэнь. Услышав голос, тот тут же обернулся и склонился в поклоне. — Глава Лань, Ханьгуан-цзюнь, Лань-фужэнь, этот приветствует вас! — бодро проговорил Четвёртый дядюшка. — Пойдёмте, мы ждали вас. Вторая тётушка и Пятая сестра с самого утра хлопотали на кухне, чтобы порадовать вас. — Не стоило, — с улыбкой покачал головой Лань Сичэнь. — Конечно, стоило, глава Лань! — возразил Четвёртый дядюшка, закрыв за ними ворота и бодро направившись в сторону основного здания. Резиденция действительно оказалась огромной и состояла из нескольких построек. Было непонятно, для чего она требовалась ордену когда-то давно. Возможно, в ней селили приглашённых учеников до того, как построили для них общежитие на внутренней территории Гусу Лань. И наверняка тут пережидали первое время после войны. Или же у неё было совершенно иное назначение. Вэй Ин не стал спрашивать об этом, не желая невольно смутить старика, весело рассказывающего Лань Сичэню о том, какой хороший урожай они собрали в этом году. Вэй Усянь и Лань Ванцзи шли чуть позади. Первый рассматривал резиденцию, а второй внимательно за ним наблюдал, выискивая на лице и в жестах любые признаки усталости и дискомфорта после долгой прогулки. К счастью, пока что они отсутствовали. Заметив обеспокоенные взгляды супруга, Вэй Усянь невольно улыбнулся. — Не волнуйся, Лань Чжань, если почувствую себя плохо, обязательно скажу, — пообещал он, хотя обычно предпочитал оставлять все жалобы на усталость и боль при себе, а все его крики и нытьё были не более чем игривыми попытками привлечь внимание. — Вэй Ин не должен терпеть неудобства, — строго напомнил Лань Ванцзи. — Иначе следующие несколько дней Вэй Ин проведёт в постели, — пригрозил он. — С тобой? — шутливо хохотнул Вэй Усянь, пусть в словах мужа и не чувствовалось какого-либо интимного подтекста. — С удовольствием! — хмыкнул он, хотя подобная перспектива его несколько пугала, ведь юноша хорошо знал, каким выносливым Лань Чжань бывал на супружеском ложе. Но он не мог не подёргать тигра за усы. — С отварами Вэнь Цин! — холодно бросил Лань Ванцзи и отвернулся, невольно показав свои заалевшие уши. Вэй Усянь невольно скривился, лишь заслышав о гадости, которой его постоянно поила Вэнь Цин. И даже не поддел смутившегося мужа. На крыльце главного дома гостей встретили Вэнь Цин и Вэнь Нин, которые прибыли к родственникам рано утром, чтобы провести с ними побольше времени. Вэнь Нин держал на руках мальчика лет трёх-четырёх, увлеченно играющего с его волосами. Увидев гостей, ребёнок смущённо закрыл лицо ладонями, будто это могло его спрятать от чужих взоров. — А-Юань, поздоровайся с нашими гостями, — мягко попросил Вэнь Нин. И мальчик послушно убрал ручки, робко улыбнувшись прибывшим. — Какая хорошенькая редисочка! — широко улыбнулся Вэй Усянь, умилившись реакции мальчика. Четвёртый дядюшка громко хохотнул, Лань Сичэнь тоже не смог сдержать улыбки. Даже строгое лицо Вэнь Цин слегка смягчилось. Казалось, и взгляд Лань Ванцзи потеплел. И после этого атмосфера неуловимо изменилась, будто люди Вэнь ждали какого-то подвоха, а теперь облегченно выдохнули. Во время общей трапезы, на которую их пригласили, А-Юань и Вэй Ин сидели рядом и негромко говорили, тихо посмеиваясь. Вэй Усянь помогал мальчику есть и то легонько щелкал его по носу, то вытирал испачканное едой лицо, то просто тихонько обзывал редисочкой. Периодически он ловил на себе взволнованные взгляды кого-то из людей Вэнь, большинство из которых оказались безобидными на вид стариками, или тёплый взгляд Лань Сичэня. Лань Ванцзи, как и всегда, держался отстраненно и вступал в беседу лишь тогда, когда кто-то обращался к нему напрямую, что случалось нечасто. Атмосфера, царящая за столом, оказалась очень непривычной: было шумно из-за большого количества народа, старики не стеснялись шутить и громко говорить, ели мясо и пили вино. Вино, увы, гостям не предлагали из-за правил Гусу Лань, хотя Вэй Усянь бы и не отказался его попробовать. Что-то в происходящем казалось странно знакомым и таким правильным, будто он частенько участвовал в общих трапезах раньше. Однако за прошедшие месяцы ни одно из воспоминаний так и не появилось, все они оставались лишь на уровне смутных образов. И Вэй Ин больше не переживал из-за этого, приспособившись жить по-новому рядом с любящими супругами. — У вас здорово получается управляться с детьми, Лань-фужэнь, — с улыбкой заметил Четвёртый дядюшка, когда по окончании визита провожал гостей у ворот дома. — Они милые, — пожал плечами Вэй Усянь, с лёгкой растерянностью глядя на А-Юаня, обнявшего его за ногу и не желающего отпускать. Если бы рост мальчишки позволял, он бы с удовольствием погладил его по голове. — Мне нравится проводить с ними время, — признался он, ведь и в самом деле получал удовольствие, обучая младших учеников ордена. — Сянь-гэгэ, не уходи! — со слезами на глазах воскликнул А-Юань, когда Вэнь Цин осторожно отцепила его от чужой ноги, подняв на руки. — Сянь-гэгэ обязательно придёт, если его позовут, — нежно заверил ребёнка Вэй Усянь. — Позовём, — с теплом в голосе согласилась Вэнь Цин, получив одобрительный кивок от Лань Сичэня. — Не скучай, маленькая редисочка!        На пути домой Вэй Ин уже ощущал довольно сильную усталость, о которой предпочитал не рассказывать, хотя от полноценной прогулки по городу он всё же отказался, прекрасно понимая, что не стоило всех беспокоить своим недомоганием. Оставалось лишь с сожалением в сердце отложить посещение различных лавок на другой, более благоприятный, день. Вэй Усянь воодушевленно делился с супругами своими впечатлениями от визита к семейству, в обществе тех людей он чувствовал себя очень легко и уютно. Увлеченный рассказом, он не сразу заметил, что Лань Сичэнь, погрузившись в собственные размышления, слегка отстал, и что у него остался лишь один внимательный слушатель. — А-Хуань! — позвал звонкий голос, когда они проходили по одной из небольших и практических безлюдных улочек. Вэй Усянь хмыкнул, не понимая, кто посмел столь фамильярно обратиться к его мужу, и одновременно с Лань Ванцзи обернулся к обладателю голоса. Перед ними предстала весьма занятная картина: молодой паренёк без стеснения прижимался к Первому Нефриту, обняв его за руку, и широко улыбался. При этом выглядел незнакомец как-то неуловимо знакомо: длинные чёрные волосы, собранные в небрежный хвост с помощью алой ленты, подведённые серые глаза, красно-чёрные одеяния… Вэй Ин никак не мог понять, на кого же он походил внешне, а потому замер, вглядываясь в нежные черты лица, изучая тонкие изгибы талии наглеца… которого ни капли не смущало присутствие ещё двух человек рядом. — А-Хуань, ты так давно не посещал меня, я начал волноваться, — улыбался паренёк, игнорируя ступор Лань Сичэня и теснее прижимаясь к нему. Это выходило за всякие рамки приличий. И ужасно раздражало. — Хуань-гэ, кто это? — наконец отмер и нахмурился Вэй Ин, не понимая, по какому праву непонятные личности находились в неприличной близости от его законного супруга и смели его касаться. Вопиющее бесстыдство! — А-Ин, это… — смутился Лань Сичэнь, запнувшись. Поспешно высвободившись из чужой хватки, он отступил в сторону. Лань Ванцзи, наблюдая за развернувшейся сценой, лишь нахмурился. Ему явно не нравилось всё происходящее. И наглец определённо не вызывал у него тёплых чувств, на что очевидно имелись свои причины. — Он из весеннего дома, — холодно сообщил Лань Чжань, с укором глянув на старшего брата.